С этими словами мы миновали ворота и телега покатилась в сторону перевала.

Я перелезла ближе к козлам — там, скрытая под мешками, всегда располагается приступочка для пассажиров. Разгребла товар, устроилась в ямке между туго набитыми холстинами, подтянула под себя ноги и как могла укрылась жилеткой.

Мне даже не позволили попрощаться с семьей.

Господин Джай, будто почувствовав мое состояние, обернулся. Натянул вожжи, сунул руку под мешки и выудил сразу два огромных меховых одеяла. Из медведя, не иначе.

— Укройся, ехать нам долго. Пообедаем за перевалом, там же и ошейник с тебя снимем. — заявил он и снова тронул лошадей.

— Нельзя! — испугалась я, инстинктивно хватаясь за узкую металлическую полоску на шее.

Демон глянул на меня еще раз и покачал головой.

— Бедняжка. Ты даже не представляешь, зачем он на тебе…

*куйтун — теплые просторные штаны, аналог нижнего белья для зимы

Поспать мне почти не удалось.

Служанки никуда не ушли. Одна устроилась прямо на полу у окна, постелив циновку, вторая легла у дверей.

Третья унеслась отчитываться госпоже.

Мне откровенно не доверяли, но я их не винила. Пожалуй, если бы не охрана, я бы действительно попыталась сбежать. Просто от безнадежности, не особо надеясь на успех.

В любом случае — куда мне идти?

Одинокая девушка — настоящий манок для неприятностей.

Я лежала и смотрела в затянутый бумагой оконный проем, за которым темнело звездное небо, и отчаянно боялась.

Завтра я оставлю дом, в котором провела всю жизнь.

Мне никогда не приходилось покидать наше поселение. Что там, я порог усадьбы переступала раза два в год, не больше. Все остальное время занималась садом или складом с мастерской.

Что происходит там, в необъятном мире по ту сторону перевала, я знала лишь из книг да подслушанных рассказов торговцев.

В лесах Империи водились разбойники, оборотни и фейри, в водоёмах — сирены и русалки, в городах сластолюбивые мужчины, мошенники и кицунэ.

В общем, куда ни плюнь — опасность.

Но самая главная опасность исходила, разумеется, от демона.

Что он собирается со мной делать?

Если господин Джай потребует выдать ему рецепты, я не стану перечить. Во-первых, не скрою — идея досадить напоследок отцу приятно погреет мое самолюбие. Во-вторых, в качестве кого бы он меня ни взял — хоть подстилки, хоть работницы, хоть рабыни — придется ему подчиняться. Так велят традиции. Покориться мужчине, выполнять его пожелания, окружить лаской и заботой.

Надеюсь, он не станет меня бить.

Покоряться во время наказания всегда получалось из рук вон плохо. В голову постоянно забредали крамольные мысли о мести. Аж зубы и ногти начинали чесаться от желания вонзить их в обидчика.