Кайр и Данте переглянулись. Это было не просто наследство. Это была империя.
— Почему она оставила это мне? — спросил Кайр. — Мы не общались десять лет.
— В завещании указано: "Единственному внуку, Кайру Вэйну, как последнему носителю крови Вэйнов". — Мадам Леклер помолчала. — Но есть условие.
— Какое?
— Вы должны в течение года вступить в фактическое управление активами и доказать стабильность семейного союза. Ваша бабушка считала, что только человек с прочными семейными связями способен управлять такой империей.
Через неделю Кайр и Данте были на Порт-Элизиум.
Станция была огромной — орбитальный хаб, соединявший дюжину систем. Здесь пересекались торговые пути, дипломатические миссии, туристические потоки. Воздух пах озоном, машинным маслом и экзотическими специями из дальних миров.
Кайр шёл по коридору, и его нервы были натянуты, как струны. Он ненавидел станции — слишком много людей, слишком много глаз. Но Данте шёл рядом, и это успокаивало. Данте всегда успокаивал.
— Думаешь, это сработает? — спросил Кайр.
— Не знаю. Но у нас нет выбора.
У них никогда не было выбора. Не с тех пор, как их бросили в этой системе, не с тех пор, как они поняли, что единственный способ выжить — это притворяться. Притворяться, что им не больно. Притворяться, что им не страшно.
Они пришли сюда по наводке мадам Леклер. У неё был контакт — человек, который занимался "arrangements" — брачными контрактами для деловых людей. Его звали Виктор Соловьёв, и он держал офис в деловом секторе станции.
Виктор оказался мужчиной лет сорока, невысоким, полноватым, с аккуратно подстриженной бородкой и глазами, которые оценивали каждого посетителя за долю секунды. Его офис был обставлен со вкусом: тёмное дерево, кожаные кресла, на стенах — картины настоящих художников (Кайр узнал работу земного импрессиониста — это стоило целое состояние).
Кайр заметил, как Виктор смотрит на них — быстрый, хищный взгляд, который измеряет стоимость их костюмов, ценность их часов, вес их кошельков. Это был взгляд торговца, и Кайру он был знаком. Слишком знаком.
— Господа Вэйн и Роуэн, — Виктор пожал им руки. — Мадам Леклер сказала, что вам нужен… особый arrangement.
— Можно и так сказать, — Кайр сел в кресло. — Нам нужен брак. Фиктивный. На год.
Голос у него был ровным, но внутри всё сжималось. Брак. Даже фиктивный. Даже на год. Это было признание поражения — признание того, что они не смогли найти другого пути.
Виктор кивнул, достал планшет.
— Понятно. Давайте уточним детали. Кто будет основным супругом?
— Я, — сказал Кайр. — Данте — второй. Мы побратимы.