Если бы кто напоролся на меня сейчас, измазанного в густо-чёрной крови, бормочущего себе что-то под нос, точно бы не поверил, что этот бросс служит силам света.

Да, работал я неаккуратно, и чуть было за это не поплатился… Пришлось срочно вправлять упырю раскуроченные органы, потому что рана заискрилась, едва не полыхнув чистым огнём. Видимо, до того впечатлила меня простота решения, которое нашёл создатель яда.

По сути, тёмный гений создал существо в существе. Яд упыря, напитанный Тьмой, тёк во внешнем контуре, том самом, изменённом и обросшем панцирем и шипами. А глубоко внутри существовала замкнутая кровеносная система, в которой оставалась чистая бросская кровь…

При этом кровь эта чувствовала близость Тьмы и нагревалась, давая ярость и силу, но между броссом и упырём существовала какая-то тонкая, непонятная мне прослойка, которая заставила меня буквально растеряться.

Смердящий свет! Эта прослойка изменяла огонь от бросской крови в целительное пламя, которое и восстанавливало внешние слои мышц. И я, щупая сочащуюся странной желчью то ли живую, то ли растительную ткань, впервые не мог понять, что это. Но она быстро зарастала, едва я её рвал.

Всё это я выяснил, пока колдовал над дёргающимся от боли монстром. Тот уже перестал хрипеть и орать, а лишь постанывал, умоляя убить.

— Ты… мы же… аргх… одной крови…

— А, вон ты как заговорил, — я усмехнулся, — А то до этого «изменник», «предатель».

— Но мы… агрх… зато не убивали… тебя…

— Ты и так уже не жилец. Когда выпил яд, обратного пути нет… Неужели тебе Волх не рассказал?

— Да… рассказал… что получу взамен… силу… Убей!

— Я — лиственник! Как ты можешь мне такое предлагать⁈

Едва я сказал про то, что лиственник, как что-то кольнуло меня. Я снова перевернул упыря, чтобы рассмотреть узор.

Не может быть… Я плохо разбирался в древесной магии, и настоящего древесника видел лишь раз. Агар пробыл в нами недолго, но я вполне понимал, насколько мощной может быть такая магия.

Мои скудные познания не давали мне отличить, то ли я вижу символы древесных заклинаний, то ли это какие-то руны лиственников… Душа Малуша выручила, прислав ощущения, что некоторые символы мне, как лиственнику, знакомы. Но вот писал их явный дилетант.

Получалось, здесь и вправду смешаны тексты древесной магии и веры лиственников.

— Не пойму, — всё-таки вырвалось у меня, — Причём тут Древо?

Монстр впервые захохотал, хотя быстро скрутился от боли…

— Наш… агрх… знахарь… он знает, где добыть… сок…

Я вдруг вспомнил о том секретном ходе, который ведёт из деревни Калёный Щит к Храму Хморока. Эту тайну открыла мне совсем недавно Морката, вселившись в Креону, и почему-то во мне поселилась твёрдая уверенность, что знахарь Волх тоже знает об этом секретном лазе.