Снова обернувшись на заваленный вход, я подумал, что хитрая ловушка могла иметь ещё одно значение. Отпугивала от этого входа нежеланных гостей с этой стороны.

Никакой злости я к ним не испытывал и первым делом попробовал просто отпугнуть. Выставив руку, я испустил целую волну огня и замер, узрев, какую толпу жмущихся друг к другу монстров свет выхватил из тьмы. Уродливые, безглазые, но со страшенными зубами и когтями. Да тут их сотня, не меньше!

А ещё я не ощутил даже малейшего намёка на разум. А мой огонь, кажется, лишь только разъярил их. Ну да ладно, не будем заставлять их ждать…

Цербер, который рядом с нетерпением скрипел когтями по камню и рычал, чуть присел и ждал от меня только отмашки, чтобы броситься в схватку с невидимыми тварями. Хотя почему невидимыми? Тьма была его родным домом, и для него тут были знакомые охотничьи угодья.

— Только осторожнее, Кутень, — прошептал я, перехватывая топор и делая шаг вперёд.

— Ням-ням-ням, — процедил цербер и, рыкнув, сорвался в темноту.

Я же, подвесив над собой пару огоньков и окутав себя полутёмным коконом, рванул за ним следом. Неровные лучи выхватили из темноты клыкастую морду — что-то, похожее на огромного слепого крота — и по этой морде тут же прилетел удар Губителем.

Глядя, как впереди носится тёмный всполох цербера, который буквально напитывал себя кровью хищных тварей, я ловил всех, кто проскакивал мимо него, и сминал ударами своего топора. «Клинки ветра» подхватывали некоторых в прыжке, раздваивая их, а горло у монстров легко сминалось в моих пальцах, если мне удавалось их перехватить.

На какое-то время я дал волю своим чувствам, отпустив разум лишь отрешённо наблюдать за тем, как мы с цербером уничтожаем стаю хищных подземных обитателей, голодных, наверное, уже не одну тысячу лет.

И нет, это была не та злость, которую будила в людях Тьма… Это был звериный инстинкт, будь то упоение от удачной охоты, или неистовая ярость, с которой зверь защищает своё потомство. Бездумно, не оглядываясь на раны, отвоёвывает своё право проснуться на следующее утро.

Так и я, прорубая себе коридор в толпе тварей, боролся за своё право пройти по этой дороге. Тем более, скоро за мной следом спустятся мои спутники, и никто из них не должен стать обедом.

Я даже удивился, когда понял, что всё закончилось. Вот всего пару секунд назад перед моим лицом клацали страшенные зубы размером с клинок, но теперь пещера вдруг погрузилась в непроницаемую тишину. Такую звенящую, что мне стало даже страшнее, чем в обществе хищников, желающих меня съесть.