— Но мы можем обойтись малой кровью, Адель. Как считаешь? Я заплачу хорошую сумму, а ты прервёшь беременность и предоставишь мне доказательства. Так сказать, почистим тебе карму, станешь снова хорошей девочкой, — она тихо смеётся, сгибая указательный и средний палец обеих рук, рисуя в воздухе кавычки. — Запомни, дорогуша, если у моего мужа будет ребёнок — то только от меня.

Резкий поворот дверной ручки врывается в повисшую тишину комнаты, и мы вздрагиваем одновременно. Алиса от неожиданности отступает, а я рвусь к двери, хлопая по ней ладонью, и прошу:

— Откройте дверь! Пожалуйста!

— Ключ, Диана. Или я вышибу эту чёртову дверь, — слышу приглушённое рычание Марка, и вымучено закрываю глаза и прислоняюсь спиной к стене.

Не могу больше. Сил совсем не осталось, я выжата до капли. Не знаю, как ещё нахожу в себе силы, чтобы стоять на ногах. Замок быстро щёлкает и уже через секунду дверь распахивается. Марк влетает в кабинет Дианы, пробегая по мне взволнованным взглядом. Осматривает с головы до ног, и только потом обращает внимание на жену.

Алиса уже не выглядит королевой — победительницей. Побледнев до кончиков пальцев, она жалобно округляет глаза, и поднимает дрожащую руку, указывая на меня. Сначала я не понимаю, что происходит, но стоит Градской открыть рот, как меня пронзает ещё больший шок.

— Это ведь неправда, Марк? — со стоном произносит она. — Эта девушка сказала мне, что беременна от тебя! Она угрожала мне!

Некоторое время Марк молчит. Его челюсти плотно сжимаются, глаза гневно блестят. А на меня вдруг нападает смех. Неправильный, неестественный, почти истеричный. Боже, да эта жёнушка первоклассная актриса! Какая игра, какие эмоции! Можно аплодировать стоя.

— Вышла вон, — слышу холодный приказ, и практически моментально срываюсь с места.

Лишь бы подальше от них обоих! Лишь бы это всё наконец-то закончилось! Но мне не дают уйти. Марк мягко ловит меня за талию, останавливая, и до меня только сейчас доходит, что этот приказ прозвучал не мне.

— Марк, — за моей спиной раздаётся поражённый шёпот Алисы.

— Я сказал — вон! — повторяет он громче и его жена, испуганно хлопнув глазами, подчиняется.

Как он её выдрессировал! Чудовище!

Твёрдая мужская рука соскальзывает с моей поясницы. Марк отстраняется и закрывает дверь, отсекая от лишних глаз и ушей. Мы остаёмся наедине.

У меня не получается успокоиться. Я балансирую на грани пропасти — стоит лишь Марку сказать хоть слово против меня, обвинить в чём-то, и я сорвусь в истерику. Но он молчит, изучая меня внимательным взглядом.

— С тобой всё в порядке? — спрашивает чуть хрипло.