«Матери моего будущего ребёнка…» — читаю надпись на карточке, выведенную красивым размашистым почерком Марка.
Не прикасаюсь к украшению. Смотрю на него, как на ядовитую змею, и пячусь назад. Внутри так пусто, будто во мне ничего не осталось. Только выжженная плоскость, посыпанная пеплом. Вновь накрываю живот ладонью, с болью принимая действительность.
Я совершила ошибку. Чудовищную ошибку. И я должна её исправить, пока стало не слишком поздно…
К завтраку я даже не притрагиваюсь, набираю стакан воды и выпиваю его до дна. Следом достаю из ящика пакеты, выбирая из них самый большой, и спешу в спальню. Забрасываю в него все свои вещи, стараясь ничего не упустить. Оказывается, Марк был прав. За три месяца наших встреч, я успела тут основательного обустроиться, и одного пакета оказывается мало. Беру ещё один, поменьше. Скидываю туда ванные принадлежности, зубную щётку и несколько тюбиков с кремами. Взгляд цепляется за золотую пластинку, что осталась одиноко лежать на скомканных простынях. Некоторое время смотрю на неё, борясь с горькой обидой, а потом достаю из сумочки ещё одну — ту, что для меня сделал Марк — и кладу рядом. В голову крадётся жалящая сердце мысль — сколько девиц здесь было до меня? И сколько будут после? Раньше я не задавалась такими вопросами. Я просто жила одним днём, купаясь в сумасшедшем блаженстве. Я была счастлива.
Подхожу к телефону, который в порыве эмоций швырнула в стену, и осторожно поднимаю его. Надо же… Вот что значит дорогая вещь. Никаких видимых повреждений, разве что скол образовался на одном из округлённых уголков… Вызываю к подъезду такси, дожидаюсь когда к дому подъедет машина, вынимаю сим-карту, и телефон отправляется на кровать по соседству с карточками. Вот теперь, кажется, всё. Осталось только собраться самой.
Через пять минут покидаю квартиру, закрывая её на ключ, и думаю, что мне теперь с ними делать. Может отправить Марку на работу курьером? А почему бы и нет. Киваю сама себе и вызываю лифт. В груди нестерпимо жжёт и колет, мне хочется то скулить от отчаяния, то кричать от боли, но я стискиваю зубы и держу себя в руках. Какие бы мечты и надежды я в себе не лелеяла, рано или поздно наши отношения пришли бы к концу. Жаль, что их финал оказался настолько болезненным и сложным, но мне некого в этом винить, кроме самой себя.
Желтый автомобиль такси уже ждёт у подъезда. Перехватываю свои авоськи поудобнее и неуклюже плетусь к задней двери. Низ живота некомфортно тянет, но я сейчас не в состоянии анализировать своё физическое состояние. Слышу хлопок двери одной из машин на парковке и быстрые широкие шаги. Оглядываясь раньше, чем слышу взволнованный оклик: