— Нет, не узнала. Кто вы? Представьтесь. — потребовала владелица бизнеса строгим голосом.
— Паша Громов, помнишь такого? Наверное, теперь богатым буду. — сипел я в эбонитовый микрофон.
— Громов? Если откровенно, то предпочла бы тебя забыть. Что у тебя с голосом? Допился до синих соплей? — ледяной голос не предвещал ничего хорошего.
— Нет, просто горло перерезали, да, почитай, голову от шеи отделили. Два месяца лежал парализованный, одна голова работала, как в том фильме, про профессора в банке, а теперь начали руки немного шевелиться…
Все-таки женщины — существа отзывчивые и отходчивые. Во-всяком случае, некоторые из них. Мириам к таким женщинам точно относилась.
Голос ее стал на пару градусов теплее:
— Громов, но, как я понимаю, ты звонишь не для того, чтобы я тебя пожалела или денег у меня попросить. Или хотел денег? Скажи, сколько надо…
— Попросить хотел, только не денег. Помнишь, ты для меня трубы доставала и трактор дала с краном, чтобы эти трубы закопать, ну и сварщиков и еще что-то, по мелочи.
— Помню, хотя и хотела бы забыть. И тебя тоже. Паша, говори быстрее, у меня правда совещание через пять минут. Я, конечно, рада, что ты живой остался, но не тяни время.
— Мириам, обсчитай мне все эти работы по своим ставкам и заключи со мной договор на получившуюся сумму, как будто я тебе всю сумму в кассу внес. — выпалил я и замер, поражаясь своей дерзости.
— Двадцать пять процентов от общей суммы, а сумму я тебе завтра, в это же время скажу.
— Мириам, побойся Бога, у меня нет этих денег.
— Хорошо, отдашь потом, и не думай про меня ничего плохого. Ты же хочешь, чтобы я этот договор через бухгалтерию провела? Тогда с этого налоги придется платить. И запомни, если ты эти деньги мне не отдашь, то я найду твою могилу и разворочу ее бульдозером. Все, пока, звони завтра.
Я положил трубку и задумался. Если у меня все выгорит, то я получу со своих соседей по новому дому всю сумму по договору. Ну а если не выгорит, значит… Меня передернуло, сколько я должен буду отдать Мириам, если у меня ничего не получится. А через секунду меня передернуло во второй раз. Я вспомнил, кто у фирмы Мириам теперь «крыша». А крыша ее фирмы — мои бывшие коллеги, бригада во главе с Поспеловым Максимом Викторовичем. Не думаю, что эта странная женщина побежит завтра жаловаться Максу, что я е посмел побеспокоить, но, при случае, не применит сообщить Поспелову о состоявшемся разговоре, и что в этот момент подумает Поспелов мне совершенно не известно..
Глава восьмая.
Слепая ярость.
Июль 1995 года. Загородное шоссе.