Пальцы сами сжались на талии Миланы.
— Кирилл? — позвала она, заметив, что я перестал двигаться.
Я отпустил её и шагнул назад.
— Подожди здесь.
— Что? Куда ты…
Я уже не слушал.
Музыка гремела, люди сталкивались плечами, кто-то смеялся совсем рядом, но всё это отдалилось. Я видел только Таю и руку этого ублюдка на её теле.
С каждым шагом внутри становилось холоднее.
Вадим заметил меня первым. Наши взгляды встретились, и брат едва заметно кивнул в сторону выхода. Потом схватил парня за плечо и что-то сказал ему прямо в лицо.
Тот попытался возмутиться, но Вадим не собирался обсуждать правила приличия. Он развернул его и повёл к выходу, крепко удерживая за руку.
Я не стал вмешиваться. Сейчас мне нужно было другое.
Подойдя к Тае, я осторожно положил ладони ей на плечи.
— Эй. Посмотри на меня.
Она вздрогнула так сильно, будто я тоже собирался причинить ей вред.
От этого что-то неприятно кольнуло под рёбрами.
— Эй, — повторил я тише. — Всё. Он ушёл.
Тая медленно подняла голову.
Голубые глаза были широко раскрыты. В них блестели слёзы, но она изо всех сил старалась не дать им скатиться. Лицо побледнело, губы дрожали, дыхание сбивалось, будто она только что пробежала несколько километров.
Я видел страх и раньше. На лицах тех, кто понимал, что проиграл драку. У парней, впервые оказавшихся напротив меня на ринге.
Но у неё он выглядел иначе.
Тая не боялась проиграть.
Она боялась, что ей никто не поможет.
И эта мысль ударила сильнее, чем я ожидал.
— Ты как? — спросил я.
Она открыла рот, но ничего не сказала. Только судорожно вдохнула и опустила взгляд на мои руки на её плечах.
Лея крепко держала меня за руку, пока мы выходили из клуба.
Я почти не чувствовала холода, хотя на улице было заметно прохладнее, чем внутри. Наверное, дело было в том, что меня до сих пор трясло. Музыка осталась за закрытыми дверями, но её глухие басы всё ещё отдавались где-то внутри, смешиваясь с неприятными воспоминаниями о последних часах.
— Так, девочки, — раздался позади голос Вадима. — Предлагаю официально признать этот вечер неудачным и больше никогда о нём не вспоминать. Кроме той части, где я продемонстрировал свои выдающиеся навыки спасателя. Это, разумеется, можно будет пересказывать внукам.
Лея бросила на него взгляд через плечо.
— А ты всегда такой невыносимый?
— Только по выходным. В будни я ещё хуже.
Я невольно улыбнулась, но тут же опустила глаза. Мне было неловко от того, что из-за меня им пришлось прервать вечер. Вадим мог остаться с друзьями, танцевать, веселиться. Вместо этого он провожал двух незнакомых девушек до машины.