Она ведь могла не приезжать.
Могла просто прочитать сообщение и забыть обо мне.
Но приехала.
И я впервые за долгое время почувствовал себя не таким одиноким.
А потом явилась Милана и всё испортила.
Хотелось немедленно поехать к Тае, постучать в её дверь и объяснить, что между мной и Миланой никогда не было ничего похожего на отношения.
Но я знал. Она не станет слушать меня, если я заявлюсь к ней без предупреждения. Скорее всего, даже дверь не откроет.
Я сжал телефон в руке.
Что, чёрт возьми, мне теперь делать?
Впервые в жизни я хотел не просто добиться внимания девушки. Не хотел победить в очередной игре, получить желаемое и потерять интерес.
Когда Кирилл скрылся за дверью ванной, я плюхнулась на его постель и закрыла лицо руками.
На губах играла совершенно дурацкая улыбка.
Боже.
Как же мне нравилось, как началось это утро.
Я перевернулась на спину и уставилась в потолок, пытаясь унять глупую улыбку, которая никак не хотела исчезать.
Не помогало.
Стоило вспомнить, как Кирилл обнимал меня ночью, как прижимал к себе, словно я была единственным источником тепла во всей квартире, и сердце начинало вести себя совершенно неадекватно.
А его утренние выходки…
Я прикрыла глаза, пряча лицо в подушке.
Он был невыносимым. Наглым. Самоуверенным. И совершенно невозможным.
Особенно сегодня.
Обычно Кирилл напоминал человека, который готов послать весь мир куда подальше просто потому, что тот посмел существовать рядом с ним. А этим утром он был похож на большого довольного кота, которому наконец-то позволили спать в тепле и который теперь не собирался отпускать свою любимую подушку.
То есть меня.
Господи, Тая, остановись.
Я села на кровати и покачала головой, но воспоминания уже успели услужливо подкинуть мне картинку его утреннего вида.
Да, на лице Кирилла всё ещё оставались следы тяжёлой ночи. Бледность, немного уставший взгляд, растрёпанные волосы. Но в остальном он выглядел куда бодрее, чем вчера, и даже умудрялся улыбаться.
Улыбаться!
Я вообще не была уверена, что у него есть такая функция.
А ещё я успела рассмотреть его.
Бесстыдно. Нагло. С нескрываемым интересом.
Все эти кубики пресса, сильные руки, которые обнимали меня ночью, широкие плечи…
Я зажмурилась.
— Всё, хватит, — прошептала я самой себе. — Ты взрослая девушка. Соберись.
Но губы снова растянулись в улыбке.
Потому что мне понравилось.
Понравилось лежать рядом с ним. Чувствовать его тепло. Слышать сонное, хрипловатое бормотание. Понравилось, как он не хотел меня отпускать, хотя, конечно, ни за что бы не признался в этом прямо.
И самое страшное — мне хотелось, чтобы это утро продолжалось.