Я не могу ему нравиться. Если бы что-то было, Агапов бы не доводил меня каждую нашу встречу до исступления. Да даже сегодня он это доказывает: несмотря на то, что обидных перепалок нет, он не стал неожиданно милым.
Терпеливым – да. Аккуратным даже, можно сказать. Что, собственно, объяснил тем, что жалеет о вчерашнем. Я ему верю.
Но все равно не расслабляюсь даже тогда, когда мы проходим весь мост и возвращаемся на площадь с фонтанами. Так как представление все ещё не началось, хотя уже смеркается, решаем пройти дальше, до парка аттракционов. В этой части ничего примечательного для меня нет – стандартный набор каруселей и большое колесо обозрения.
Останавливаюсь, рассматривая его высоту, как неожиданно Стас, оказывающийся сбоку, спрашивает:
– Прокатимся?
Повернувшись, взираю на него немного испуганно.
– Зачем? – таким же с легким оттенком нервозности голосом спрашиваю.
Он пожимает плечами.
– Ни разу не катался на колесе обозрения. Отличный шанс убить время.
Мне хочется ответить «не верю». Все катались на колесе обозрения. Даже я, не очень хорошо воспринимающая высоту, каталась два раза, но вместо этого спрашиваю:
– Почему? В смысле, как так вышло? В нашем городе их аж пять штук.
Не жду от него искреннего ответа, но Агапов меня удивляет.
– Брат не любит настолько тесные, закрытые пространства. А когда вырос, уже не питал особого интереса.
Я должна ему ответить «нет». Агапов не должен узнать, что я не люблю высоту, мне может стать плохо, но ничего не могу поделать с тем чувством, что наполняет мою душу. Мне нравится в нём видеть что-то поистине настоящее. К тому же, если откажу только из соображения, что могу показать ему свою слабость, это будет нечестно.
В конце концов, я всего лишь не люблю высоту, а не не переношу её совсем. Два раза каталась, ничего страшного не случилось, мне просто не нужно смотреть вниз.
Якобы равнодушно пожимаю плечами:
– Почему бы и нет.
А сама начинаю нервничать. Встаю в очередь, пока Стас покупает билеты, а затем стараюсь не смотреть на него, когда он присоединяется ко мне.
Время тянется мучительно медленно и одновременно слишком быстро настаёт момент, когда следующая кабинка станет нашей.
Шоу тоже испорчено.
Не Агаповым, правда, а самой атмосферой, которая остается между нами все последующее время.
А раз атмосферу испортила я, значит виной тому, что не получаю особого восхищения от увиденного представления, только я сама.
Молчим. Как и всю дорогу до дома. Спасибо, хоть музыка сопровождает нас в ней. Стас больше не курит, лишь перед тем, как оказались в машине, но в самой – нет. И от этого мне ещё хуже. Стыдно за себя, хотя я не привыкла испытывать что-то подобное.