– Невероятная красота. Всё-таки отличная была идея купить именно этот дом, – рассуждает с благоговением мама, стоя в проеме больших раздвижных стеклянных дверей, ведущих на балкон-веранду, с которого открывается вид на одно из самых больших и чистых озер нашей области. Вдалеке возвышаются горы. – Нин, нужно ещё несколько тарелок и бокалов, – тут же в своей привычной, вечно замечающей все изъяны, манере переключается мама, заметив на столе тот самый изъян. – Артем звонил вечером, сказал, что все-таки будет. И не один.
Нина, наша домработница, которая работает у нас так давно, что практически стала частью семьи, в тот же момент отвлекается от нарезки овощей и переводит взгляд на маму.
– С Настей?
Мама бросает многозначительный взгляд на неё, будто они между собой им переговариваются.
– С ней самой. Никак не разберутся, вместе они или нет.
Нина издаёт тихий смешок, возвращаясь к нарезке. Я за этим всем наблюдаю, стараясь поддерживать непроницаемое выражения лица, но стакан в руке, который держу, пока наливаю в него из кувшина сок, едва ли не трещит под тем, с какой силой сжимаю стекло.
– И чего нужно, – вздыхает, – хорошая ведь девочка. Скромная. Вежливая. Из достойной семьи. А он…
Сила сжатия на стакане усиливается в несколько десятков раз. Как на раскалывается, неизвестно. Ставлю кувшин на столешницу чуть громче, чем оно требуется. Естественно, привлекаю внимание. Но на то и расчет. Задираю голову выше и будто меня это совсем не интересует бросаю, проходя мимо Нины.
– И до жути скучная, забыли добавить.
Мама поворачивается на меня в тот момент, когда как раз с ней равняюсь.
– Ярослава, – выдает якобы поучительно, но я на это лишь пожимаю плечами.
Не моя вина, что эта Настя – посредственность. Артему она совсем не подходит. Как доказательство – их вечные расставания. Если бы она не строила ему двадцать четыре на семь свои щенячьи глазки, он бы давно перестал с ней мириться.
– Я просто констатирую факт, не больше.
Мама продолжает смотреть, чуть прищурив глаза, но главное – не отрицает, потому что и сама знает, что девушка её пасынка не обладает и толикой того, что соответствовало бы такому парню, как Артем. Она просто проявляет вежливость, не высказываясь вслух. И меня этому учит, потому что обсуждать кого-то за спиной – гнусная и низкая вещь.
Угу. Помню-помню, мама. Но…
Как будто кому-то действительно лучше от того, что все толерантно молчат.
Не подходит подруге помада – молчи. Пусть продолжает выглядеть нелепо, это ведь не страшно, главное ей самой нравится.
Однако, если ей нравится, зачем тогда спрашивать?