— Без согласия родителей тебя никто не поселит в спортивный интернат.
— С обоснованием «ради спортивных достижений» получится. Я предложу Евгению подписать согласие, не стоит трезвонить на весь свет, что с членом парткома БГУ и преподавателем научного коммунизма даже сын родной не может ужиться, такой тот говнюк, несмотря на партбилет.
Дядя любил бухнуть с ним, тем более во время визитов родителей тела на Войсковой открывался хороший коньяк. Вдобавок, был солидарен — сам растил сына, далеко не всегда покорного, и понимал отцовские хлопоты. Но мне больше не досаждал.
В четвертьфинале мне достался любитель вязаться и набирать очки короткими тычками в корпус в ближнем бою. Он всё время напирал, низко наклонив вперёд голову, словно уговаривая треснуть его по затылку, гонял по рингу, прижимал к канатам и в углу, я как мог разрывал дистанцию.
— Не получается у тебя ничего. Опыта мало с такими липкими как пластилин.
Я не опустился в угол и отдыхал стоя, мало устав. Слушал тренера.
— Если не трусишь, отдай ему и второй раунд. Он выдыхается быстрее, в третьем лови момент и бей как умеешь, — вывел свой рецепт Коган.
Похоже, он сам только учился использовать способности необычного ученика.
Не скупясь, я отдал липкому и половину третьего раунда, после чего тупо и безвкусно рубанул на половину «пли» аккурат ему в левую перчатку, отчего парень получил по балде от своей же руки, чуть выпрямившись, а между его локтями на миг открылся промежуток, куда прилетел второй «пли» в виде джолта.
В юниорском разряде, вес смешной, новички, нокаут одиночным в корпус? Рефери, открыв счёт, сильно его замедлил: семь, восемь… пауза… девять… Ну? Как ни тянул, вскоре голос диктора объявил:
— В третьем раунде нокаутом победил Валерий Матюшевич, «Динамо», Минск, тренер — Владимир Коган.
Полуфинал. Парень даже чуть ниже меня ростом, крепыш из Могилёва. Ни разу не советская школа «набирать очки». Эдакий могилёвский американо, заточенный на один решающий хук или кросс. Подвижный как ртуть, но не растрачивающий себя на россыпь мелких ударов. С приличной защитой. Вдобавок — в правосторонней стойке.
— Твоё зеркало, — прокомментировал Коган. — Видишь, как смотришься, заготавливая нокаут? А вдруг не проскочит? Тогда победу отдадут нанёсшему наибольшее число ударов. Нокдаунов или нежных поцелуев — не важно. Всегда должен думать об очках!
Не хочу. Победу по очкам дают по субъективным критериям. И поле для жульничества — хоть отбавляй. Вот если соперник улёгся на пол…
Ринг укрыт плотной шершавой тканью, напоминающей парусину и называющейся «канвас». Тереться о неё щекой ни разу не приятно — ни морально, ни физически.