Девушка схватилась за горло, но долго не простояла, завалилась.
— Бей их! — правильно угадал с моментом Витя.
— Мочи уродов! — поддержал их кто-то.
Ситуация и до этого была накалена, а тут как плотину прорвало. Я рванул вместе со всеми, не испытывая никаких лишних эмоций по поводу случившегося. По опыту знал, что трясти начнёт потом. Сейчас же я воспринимал ситуацию отстранённо, хладнокровно, выделяя главное.
В первую очередь нужно выносить командиров и заводил. Выделять главных для меня давно стало рефлексом. Старик учил всегда бить по «болевым» точкам. А что может быть больнее для толпы, чем лишиться лидеров? Поэтому я не мешкал, заранее определив, кого атаковать. Первый заводила только открыл рот, а я уже оказался рядом. Снёс его, врезался в толпу. Усиливая удары и контролируя пространство вокруг, принялся щедро раздавать тумаки, выводя из строя самых активных и тех, кто просто попадался под руку.
Следом налетели наши, и завязалась общая драка. В которой я долго участвовать не стал. Наши снесли противника в один миг, выбили пришлых с моста. Вся эта орава высыпалась на улицу. Две лошади за каретой заржали и тот, кто сидел на козлах, хлестнул их, спеша убраться подальше. Кто-то из банды Боксёра попал под колеса. Их окончательно поглотил хаос, и было видно, что отпор они уже дать не смогут.
Поэтому я остался на мосту. Точнее, не только поэтому. Здесь по-прежнему находился наблюдатель, который никак не отреагировал на произошедшее. Ну и важную роль в моём отступлении играло то, что заречным не помешает драка против общего противника. Чтобы и авторитет укрепить, и через нечто общее пройти. Пусть урвут свой кусок славы.
Я же подошёл к разломанным перилам и глянул, где там Боксёр.
Надеюсь, никто не заметил, как я его Властью под мостом удержал и придушил, чтобы не кричал. Да и закричи, такой шум поднялся, что никто бы не услышал. Сосредоточившись, я зашвырнул его к нашему берегу.
Меня по-прежнему бесило то, что здесь присутствует наблюдатель. Иначе я бы утащил Боксёра куда подальше и как следует допросил. У него только рука сломана, не помер бы. До конца разговора уж точно. В живых я его оставлять не собирался. То, что он первый своих людей отправил, давало мне моральное право избавиться от него. А то, что я не хотел, чтобы он болтал о своих впечатлениях от драки, давало повод.
С нашей стороны моста никого не осталось, и я без всяких проблем спустился обратно, а дальше перебрался через каменные блоки и пошёл к Боксёру.
Наблюдатель отправился за мной.
Боксёр попытался удрать. Похвальное в его случае желание. До берега я его немного не докинул, и ему пришлось искупаться в прохладной весенней водичке.