— О как, — выпучил глаза Савка. — И ты мне это просто так говоришь? Он покачал головой.

— Не просто, — улыбнулся я, чувствуя себя змеем-искусителем.

— Так, чего от меня-то хочешь? Мне серебро самому потребно, даже и не знаю где взять. Помочь в твоем деле, мне не чем. Да и зеркалами нынче нельзя торговать и владет, попы запрещают, бесовством называют. Коли увидят, отберут.

— Не Савка, денег мне не надо. Я пришел тебе их предложить. Молва о тебе хорошая идет. Я в затруднении и у тебя не все хорошо.

— И как же их заработать коли денег нет? И товар не выкупить? — хмыкнул он, разглядывая меня будто зверушку в зоопарке.

— Вот это и будет начало нашей дружбы, коли случиться она. Товар через тебя продам, ежели удастся его добыть. Ты же помнишь, чей перед тобой правнук? — глянул я на Савку.

— Как же тут забудешь, ты прямо сказал, — в его голосе звучала ирония.

— Вот от того и решил кое-что продать из отцовского наследства, что досталось ему от Петра Большого, — я медленно залез во внутренний карман, ухватил перстень, достал его.

— Ох, ты ж, — во все глаза уставился на перстень купец. Минуту он молчал, разглядывая драгоценность в моей руке.

— Красивый, дорогой, — наконец выдал Савка. Трогать перстень не торопился.

Я медленно положил его на стол, перед Савкой.

— Вот для этого я и пришел, вот с этого мы и начнем. Продать хочу его, — чеканя каждое слово произнес я.

— И ты вот так просто мне… — протянул Савка,

— Сговоримся замечательно, ну а коли нет… я просто уеду, и ты упустишь свой шанс. Еже ли расскажешь кому обо мне да сунуться лихие людишки в Гороховец, рога им быстро по отшибают. А я буду знать, с кого спрашивать. Ну коли ты еще жив будешь или не в холопстве. К тому же, это не на один раз и не на два. Надеюсь, смогу уговорить торговых гостей и дальше товар возить.

— Кхм, — закашлялся Савка. — Умеешь ты говорить. С виду-то кажется, соплей перешибешь, но мниться мне, ты и на медведя с голыми руками выйдешь.

— Я дурной, что ли, с голыми руками? Рогатину возьму. Да и людей. Всяко сподручно будет, — усмехнулся я.

— Эх была, не была, — Савка взял в руки перстень и внимательно начал его разглядывать.

Мы же с Прокопом переглянулись. Мой послуживец еле заметно кивнул.

«Все он наш» — промелькнуло у меня в голове.

Минут пять купец рассматривал кольцо и, наконец, устало положил его передо мной.

— Камень чистый. Дорогое кольцо, рублей сто выручить можно, а то и все двести, — выдал он. — Точно от прадеда, а то мало ли?

— Точно. У меня и грамоты есть, о бабке Софье Волынской, об отце и о себе. Никакого обману. Понимаю риск и деньги немалые. Там и твоя доля будет, — серьезно произнес я.