— Молодчина, Тарай, — похвалил его. — Вот теперь с вот этой стороны, — указал я на конец трубки где было утолщение,– отступи три ладони и сделай четыре дырки с каждой из сторон.
— Сделаю, — принял он трубку и тяжко вздохнул. Видимо, в его понимании я маюсь ерундой.
Надо будет все же с ним поговорить. Судя по всему, ему быть мастером-стеклодувом. Да и руки у Тарая из нужного места растут.
Афиньке я поручил найти толстую и крепкую кожу, затем сделать из нее рукавицы. А также — несколько фартуков и нарукавники, у моего мастера конечно было, но пусть будет запас.
Через два дня появился сияющий Агап.
— Андрей нашел я песок. Далече, но нашел. Вот, — он поставил передо мной целое ведро белоснежного песка.
— Чудесно. Сможешь еще пару ведер принести?
— Ну дык, — кивнул он. Теперь известно, где брать, а остальное — дело не сложное.
— Вот и хорошо, — кивнул я будущему поставщику стратегического ресурса.
Попрощавшись с Агапом, я захватил ведро и направился в кузницу, где Тарай вместе с сыном ковырялись с трубкой, делая в ней отверстия.
— Тарай, — окликнул его.
Когда он ко мне повернулся, я задал ему самый главный вопрос в его жизни:
— Вот скажи мне Тарай, ты хочешь быть свободным и богатым? — я улыбнулся как самый настоящий змей искуситель.
[1]Эконом — должностное лицо монастыря , в обязанности (послушание) которого входит управление монастырским хозяйством , обязанности эконома лежит заведование и надзор за хозяйственной и строительной частью монастыря . Особо печется о храмах, часовнях, как первых святынях монастыря . Забота эконома распространяется на братские корпуса, а также на все подсобные помещения.
[2] Отче — вполне допускается обращение к монаху подобным образом. «Батюшка» — это неофициальное обращение к священнику-пастырю, которого прихожане хорошо знают и у которого духовно окормляются. Это обращение не следует применять при общении с диаконами и с монахами-иноками — монаха можно назвать «честной отец», «отец». Существует и звательная форма этого слова — «отче», которая тоже часто употребл яется.
Глава 13
— Хах, — вырвался смешок у Тарая, и он отложил трубку в сторону. — Свобода, богатсво, — со скепсисом произнес он. — Так отберут богатство у меня, да еще и примучают, поди, а то и похолопят снова. Здесь хорошо, ты, Андрей, не забижаешь почем зря, да и дети сыты. Свобода, а на кой она мне? Куда я подамся-то. В бобыли идти? Просто так земельку-то мне никто не даст. В посадские людишки идти, так мастерством я не владею, чтобы там выжить. Детишек-то кормить надо.
«Вот те и раз» — промелькнуло у меня в голове. Местные нюансы, в которых я не разбираюсь.