— Продиктуй код от сейфа, — Огонь-Догоновский протянул телефон Борису Аркадиевичу, и тот его взял.

Быстрый взгляд на экран — он верил этому человеку, сделал его своим помощником, — затем приложил трубку к уху и продиктовал код. Человек на том конце провода ничего не сказал.

— Отлично, Боря, отлично, — Огонь-Догоновский расплылся в улыбке, когда телефон оказался в его руке, а сам он выслушал доклад шпиона, — а теперь прощай.

Огонь-Догоновский посмотрел за спину Граббе и кивнул. Послышался звук затвора.

— Думаешь, тебе это поможет? — не выдержал Граббе. — Сдержит Бестужева? Да он размажет тебя…

— Сдержит других, — пожал плечами Огонь-Догоновский, и посмотрел на Лидию Чернышёву-Круглякову, — а для Бестужева есть другой сюрприз.

— Так это правда? — осенило Граббе, а глаза его расширились, — всё правда, эксперименты по запретным техникам…

— Ты слишком умный, Боря, нельзя так много думать, — протянул Огонь-Догоновский, а его взгляд скользил по фигурке Лидии, раздевал её.

Сухой выстрел заставил девушку вздрогнуть и отвернуться. Взгляд Огонь-Догоновского приметил, как дёрнулась грудь девушки. Скользнул по её спине, когда она отвернулась, и оценил формы.

— Вам очень идёт это платье, Лидия Фадеевна, — Василий Сергеевич встал с трона, и, перешагнув лужу крови, подошёл к девушке.

Его руки легли её на плечи. Как бы приобняли, хотя, девушка ощутила, что её захватили.

— Руки убери, — испуганно прорычал Георгий слева.

Он набычился. Попытался оттолкнуть Огонь-Догоновского от сестры, но его тут же скрутили охранники.

— В подвал его, — скомандовал один из гвардейцев.

— Отец приедет и вам конец, — дёрнулся Георгий.

— Он приедет и скажет спасибо за мой выбор, — насмешливо сказал Огонь-Догоновский, его ладони гуляли по открытым плечам девушки, ощущали, как она дрожит от страха. Дрожь эта распыляла Василия Сергеевича.

— Кирилл, Кирилл вам этого не простит, — Георгий, вдруг, выпрямился в руках гвардейцев, и посмотрел прямо в глаза Огонь-Догоновскому. — Я знаю Орлова, мы его друзья. Он отомстит.

— Он не может отомстить за своего папашу с братьями, — наигранно ухмыльнулся Василий Сергеевич, слова парня его покоробили. Он не боялся Орлова, но его удача, способность уходить живым от покушений, напрягали. — Уберите его уже.

Гвардейцы увели упирающегося Георгия. Дверь за ними захлопнулась. Внимание Огонь-Догоновского вернулось к Лидии. Тёмно-красное, даже, бордовое платье, шёлковым водопадом обтягивало её фигурку. Соблазнительную фигурку.

— Ты грациозна, словно лань, — прошептал Василий Сергеевич, его ладони до сих пор сжимали плечи девушки. — И дрожишь, будто встретила тигра. Пойдём, я отведу тебя в покои.