— Оружие на землю! — скомандовал он еще громче. — Вещи к осмотру! Потом к мозголому тебя отведем, там быстро выяснят, кто ты такой и что в нашем стабе вынюхивать собрался.

— Чего? — второй раз переспросил, не веря услышанному. А потом, с трудом сдерживаясь, чтоб дров не наломать и женщин не подставить, ответил как можно спокойнее: — Да мне на хрен ваш стаб не сдался, если здесь такие придурки обитают. Не собираюсь я ничего вынюхивать, как не собираюсь вообще внутрь заходить…

— А вот это мы уже у мозголома и выясним, собираешься или нет, — перебил он меня, делая шаг назад, снимая автомат с предохранителя и направляя его на меня. — Оружие на землю!

Смотря на этого орущего придурка, на которого даже напарник уже с недоумением поглядывать начал, хоть на прицел меня тоже взял. Видимо попытка большого начальника поизображать и поизголяться надо мной, а также покрасоваться перед девчатами, явно куда-то не туда свернула.

— Оружие на землю, я сказал! — продолжал накручивать сам себя этот неуравновешенный придурок.

— Да вы что творите? — не выдержала вдруг тетя Женя, до этого, как и все остальные женщины, молча стоявшая у меня за спиной. — Мы к вам… А вы… Да вы что творите то, а?

Тут и остальные женщины зашевелились, хоть под стволы и не спешили выходить, но обороты недовольства начали набирать.

— Вы, придурки великовозрастные! — поддержала тетю Женю тетя Люба, — Какого вы оружие на людей направляете? Мы вам что, преступники-рецидивисты? Вы в кого автоматами тут тычете?

— Тихо! Заткнулись! — Совершил этот долбодятел ошибку. — А то и вам сейчас личный досмотр устроим.

И вот тут — рвануло! Все женщины разом загомонили.

— Да как вы смеете?

— Начальника сюда зовите…

— Придурки!

— Да я тебя, сосунок, так осмотрю сейчас! — узнал тетин Любин голос.

— Да вы хоть знаете кто мой папа? — а вот этого я совсем не ожидал услышать.

Оглянулся, а это оказывается Марина, наша тихоня, после смерти Михаила почти не разговаривающая, тоже разошлась, поддавшись всеобщему ажиотажу, сейчас совсем нескромными словами крыла этих горе-караульных.

А еще я увидел, что к нам сзади две «Газели» подъезжают. И в первой, сидящего рядом с водителем, увидел очень даже знакомое лицо, которое ну вот ни разу не ожидал тут и сейчас встретить.

— Замерли все! — рявкнул, выскакивая из «Газели» Шатун, а это был именно он. — Что за херня здесь происходит? Опустили стволы!

Придурки его команду выполнили, стволы дисциплинированно опустили к земле, а вот разошедшиеся женщины, ни на подъехавшие машины, ни на него самого совсем не обратили внимания, продолжая заниматься своим любимым делом, мужиков ругать. Хоть этих мне совсем и не жалко было, жалко свои уши, которые уже в трубочку сворачиваться начали.