Но она, такое ощущение, меня не услышала, тихонько плача, пыталась освободиться, не понимая, что вообще происходит. В полнейшем шоке дамочка: рефлекторно сопротивляется, но глаза, залитые слезами, пустые, ни капли мысли в них не просматривается. Но это и неудивительно, сколько ей бедолаге пришлось за столь короткое время пережить. Судя по виду — майка разорвана, вывалила свое богатство на всеобщее обозрение, — не только лысый с брюнетом снаружи, но и те, кто в машине были, с ней близко познакомились. А потом еще и под обстрелом побывала, даже представлять не хочу, как оно там, в том «стальном гробу», всё происходило, но контузию она точно заработала. Из-за чего и не понимает еще, что судьба в очередной раз поворот сделала и она уже не пленница уродов.
Время терять не стал, пока освобожденная мной девушка — вблизи рассмотрел, что ей не больше двадцати пяти-тридцати лет, женщиной уже не поворачивается язык ее называть, — на пятую точку свалилась и недоуменно на меня пялилась, я к Мышу подступился. Тот кровушкой из расплющенного носа прилично так фонтанировал, так что я боялся, что он нужные мне вещи ею зальет.
Первым делом от сбруи его избавил — фастексы, один, другой, третий, из какого-то более жесткого пластика, чем я привык, с трудом пальцами сдавил, замки разомкнул. Поясной ремень, чтоб с ним не возиться, ножом в нескольких местах разрезал, после чего разгрузку с Мыша легко стащил. Что на ней навешано, потом разбираться буду, главное «Дикарь» теперь у меня. Но и от выроненной Мышем винтовки отказываться не собирался — подхватил ее с земли и на плечо себе повесил. Больше брать ничего не стал, как и обыскивать его, побрезговал.
Перевел взгляд на освобожденную, что продолжала перед собой тупо смотреть, снова на Мыша, но быстро отвел от него взгляд и принялся по сторонам осматриваться. Настраивался я не долго, понимал, что сделать это я должен. Сбросил на землю сбрую, сверху положил винтовку, достал из ножен нож и к Мышу направился.
Нож в глазницу невероятно легко проскочил, стоило мне на него немного надавить. Мышь, до этого тихо лежавший, выгнулся дугой, но тут же опал, уже бездыханный, только мелкие судороги по телу прошли.
Этот момент мне потом не раз будет сниться. Вроде и на трупы насмотрелся, сейчас внимания на них почти не обращаю, фоном идут, и убивать приходилось… Ножом живых людей еще не резал!
— Попробовал, называется! — вытер губы, в этот раз всё же вывернуло, не сумел содержимое желудка в себе удержать.
Как ни противно на душе, но страдать фигней было некогда. Не удивлюсь если в этот район сейчас твари по матёрей простых пустышей на шум недавнего боя подтягивается. Так что нужно было срочно уходить с открытой местности, отсидеться где-нибудь в более подходящем месте. Ну и, если честно, хотелось убраться от этого собственноручно организованного трупа подальше, чтоб больше не смотреть на его одноглазую окровавленную морду.