— Скиф! — окликнул я его. — Мы можем поговорить?
Остановившись, он всмотрелся в моё лицо, и видимо узнал, коротким кивком поприветствовал, после чего спросил:
— Что-то срочное?
— Да как сказать… — посмотрел я на настороживших уши людей, заинтересовавшихся нашим разговором.
— Добро! Минута есть, — посмотрев туда же, куда и я, он махнул рукой чуть в сторону. — Отойдем, там поговорим.
Ольга Честер, не услышав с моей стороны, что я сам на сам со Скифом хочу пообщаться, направилась следом за нами.
— Говори, тут нас никто не услышит.
Я на миг замер, оглянулся по сторонам, действительно рядом никого, никто наш разговор не услышит. Поняв, что пауза слишком затягивается, я решил не мудрить, а разговаривать прямо.
— Ты мне скажи, вы же, я так понял, ничего нового не придумали, атака утром, как и предложил Кабан?
От прозвучавшего вопроса у Скифа брови в удивлении в верх полезли.
— Я это к чему, — поняв, что отвечать он не собирается, только холодности во взгляде прибавилось, как и Честер на меня подозрительно смотреть начала. Так что торопливо продолжил: — Я умею очень хорошо маскироваться. Не раз мне мой дар жить спасал. Очень хорошо…
— Хочешь попробовать пробраться в деревню? — Скиф сразу въехал, к чему мой предыдущий вопрос был, холодности в его взгляде поубавилось, теперь больше задумчиво на меня смотрел.
— Да, — кивком подтвердил правильность его догадки, и кинул взгляд на Честер.
Вот у кого подозрительности не убавилось, наоборот, кажись еще больше прибавилось. Прожечь готова своими гляделками.
— Я против, — тут же проговорила она, стоило Скифу на нее посмотреть. — Если его заметят, то там переполох случится, насторожим их, и утром неожиданной атаки у нас не получится. А если в плен попадет…
Договаривать она не стала, но и так понятно, что все их планы неприятелю известны станут. Спасибо хоть в недоверии не обвинила, видимо поняла наконец, где Шахиншах, и где я. Мне просто смысла не было никакого их предавать.
— Даже если и так, то хуже уже не будет, они после Кастета с Вьюном и так насторожены. Ну а утром, прилетевшие мины всех разбудят, так что ночью переполох или утром, разницы никакой, — всё также задумчиво рассматривая меня, не согласился с ней Скиф. — Ты как, — снова обратился он ко мне, — если тебя попалят, оторваться сумеешь? Плен — это и твоя смерть, и наш провал. Это понимаешь?
— Понимаю, — кивнул вроде и уверенно, но холодком кожу обдало, как только вспомнил, как с пленными та нелюдь поступает.
И странно, но это воспоминание мне наоборот решимости прибавило.
— В плен я не попаду — это железно! — теперь уже полностью уверенно ответил ему. — Не раз пытались взять, опыт ускользать от облавы у меня имеется. Но я постараюсь, чтоб меня не попалили.