— Довольны? Я пытаюсь сохранить вам жизнь.
— Что мне угрожает? Почему вы решили, что меня нужно продолжать охранять, от кого?
— Ты не понимаешь угрозу.
— Потому что вы отказываетесь объяснять.
— Не могу рассказать вам сейчас.
— Можете. Просто не хотите потерять контроль. И не оправдывайтесь вашим местным воспитанием! — Красноречиво бросаю взгляд на стоящего поодаль Кирилла.
Слова попадают в цель. Бессонов явно в гневе, но сохраняет самообладание.
— Ты думаешь, мне нужен контроль над тобой? Каждый раз, когда ты остаешься одна, рядом появляется угроза.
— Я не просила делать меня центром вашей жизни.
— Думаешь, у меня был выбор?
— У всех есть выбор. Просто оставьте меня в покое.
— Не в этом.
Виктор берёт меня за плечи, но пальцы сразу ослабевают, оставляя возможность отойти. Что я и делаю. Отхожу на шаг назад.
— Я не могу смотреть на другую женщину и не могу уйти далеко, даже когда ты требуешь. И это не я сам так захотел поиздеваться над собой.
— Надо мной, вы хотели сказать? Тогда что это?
Он внезапно приближается, наклоняется так близко, что между нами остаётся буквально несколько сантиметров.
— Ты.
Поцелуй внезапно сносит всё вокруг, мир исчезает, остаемся только мы вдвоем. Я чувствую бешеный ритм его сердца, оно словно двойное. Так не бывает, но я слышу его пульс. Я должна оттолкнуть его, возмутиться. Должна. Но вместо этого хватаюсь за его рубашку и отвечаю.
По телу проходит жар, сердце бьётся в одном ритме с его. Виктор прижимает меня ближе, из груди вырывается низкий звук, знакомый до боли. Его пальцы сжимают волосы на затылке, а губы становятся жаднее и требовательнее.
Затем он останавливается. Резко отступает, тяжело дыша.
Я провожу пальцами по губам. Тело требует приблизиться, разум пытается вернуться из сумасшедшего порыва прижаться к нему.
— Алла…
— Уезжайте. — Бурно дышу. Зрение словно возвращается, а также слух, восприятие, и все остальные чувства. Вокруг продолжают стоять его люди.
Он закрывает глаза на пару секунд, но подчиняется.
Я забегаю в дом и прислоняюсь к двери. На улице машина остаётся ещё несколько минут, затем двигатель стихает вдали.
Что это было?
Глава 25
Через неделю работа приводит меня в загородный дом Бессонова. Старая немецкая овчарка отказывается есть, а Виктор не доверяет её другим врачам. Собаку зовут Грета. Она встречает меня у крыльца, медленно виляет хвостом и позволяет осмотр.
Причина оказывается простой: воспалённый зуб. Я назначаю операцию и объясняю уход. Виктор слушает внимательно, задаёт точные вопросы и сам приносит воду.
Дом у него огромный. Тёмное дерево, камень, минимум украшений. На стенах фотографии леса и людей, которых я видела возле Виктора. На одном снимке молодой Бессонов стоит рядом с пожилым мужчиной и женщиной.