— Родители?
— Да.
— Где они?
— Погибли.
Голос становится холоднее. Я не спрашиваю дальше. Меня это не касается, не хочу быть бестактной. Пока Виктор уносит Грету, из соседней комнаты доносится спор. Дверь приоткрыта, мужчины говорят громко.
— Она уже знает достаточно, — произносит незнакомый голос. — Её нужно обозначить до следующего совета.
— Без согласия обряда не будет, — отвечает Виктор.
— Альфа не спрашивает разрешения у пары. Она ослабляет тебя. Яров использует её в любой момент, чтобы сделать тебе хуже.
— Её охраняют. Тот, кто приблизится к Алле без моего приказа, потеряет место в клане.
— Ты ставишь человека выше закона крови.
— Я и есть закон крови.
Последние слова меня пугают. Они что тут в секте какой-то все? Поэтому это странное поведение местных?
И Даша тоже? С ужасом прижимаю руки к груди. Надо срочно с ней встретиться. Прокручиваю в голове наше с ней общение в последний год. Особенно вспоминаю, как она мне отдала билеты на вебинар по психологической разгрузке, а потом ещё и организовала поездку на встречу в Сосновый бор, где мы с такими же девушками как я, провели выходные. Вроде всё было обычно. Никаких призывов куда-то вступить, где-то ещё встречаться. Неужели они так вербуют в свои ряды?
Встряхнула головой. Ну нет. Это совсем дико звучит. Такое только в фильмах возможно. Девчонки все простые, общительные, мы общались-то в основном о бывших.
Дашка странно стала изъясняться только когда я сюда приехала. С вебинаром она мне помочь хотела, чтобы я уехала куда-то от бывшего.
Я отступаю, когда дверь открывается. Из комнаты выходит седой мужчина. Увидев меня, он замолкает. За ним появляются Виктор, Матвей и Кирилл.
— Алла, — говорит Виктор.
— Не хотела подслушивать. Но вы говорили громко.
Седой мужчина рассматривает меня с неприязнью.
— Это она?
— Выйдите, — приказывает Виктор.
Все уходят. Кирилл избегает моего взгляда.
— Что значит «обозначить»? — спрашиваю я.
— Старый семейный обряд.
— Почему для него нужно моё согласие?
— Алла, я собирался рассказать иначе. Есть вещи, которые звучат безумно без доказательств.
— После кота, понимающего речь, собак, падающих перед вами на землю, и людей, которые задыхаются от запрещённых слов, мой запас удивления вырос.
Он смотрит на меня пронзительно. И я уже точно уверена, что сейчас мне наконец скажут, что тут творится в их городе.
— Ты готова увидеть доказательства, и дашь мне слово, что я смогу поговорить с тобой после всего?
Я сглатываю. Смотрю на него с подозрением. Зачем ему обещание, что я после его объяснений соглашусь снова его выслушать?