— Ты угрожаешь мне?
— Предупреждаю.
— Берестов маленький город. Не думай, что там удастся спрятаться от последствий.
Босс прыгает на стол. Раньше, чем я успеваю его остановить, он ударяет лапой по телефону. Аппарат скользит по поверхности, падает на пол, а вызов обрывается.
— Ты что наделал?
Кот спрыгивает следом и ставит лапу на экран.
Он нажимает ещё раз. Устройство гаснет.
Босс поднимает на меня взгляд. Я сажусь на край стула и поднимаю аппарат. Трещин нет, связь работает. Сергей Павлович звонит снова, но я отправляю номер в блокировку.
— Доволен?
Кот садится напротив.
— Ты ничего не понимаешь, но мнение имеешь.
Рассказать животному проще, чем человеку. Босс не перебьёт, не посоветует забыть и не спросит, стоило ли разрушать карьеру из-за одной собаки. Я начинаю с дежурства, на котором впервые увидела флакон без маркировки, потом вспоминаю спор в операционной и требование подписать протокол. Слова выходят неровно, зато после каждого предложения дышать становится свободнее.
Кот слушает, не меняя позы.
— Мама считает, что я проявила упрямство. Бывшие коллеги решили, что мне хотелось внимания. Даже Андрей сказал, что нормальные люди умеют договариваться, а я всегда выбираю войну.
Босс подходит ближе, опирается передними лапами на моё колено и смотрит в лицо. Мне кажется, он требует продолжения.
— Я не жалею, что ушла. Жалею, что позволила им убедить себя в собственной вине.
Кот медленно касается лбом моей руки.
Движение длится недолго, но внутри становится теплее.
— Спасибо за поддержку. Хотя способ завершить разговор был варварским.
Босс садится рядом и кладёт лапу на телефон.
— Нет. Больше никого блокировать не будешь.
Я убираю гаджет в карман и наконец забираю халат. Кот позволяет это сделать, но через минуту занимает мой стул.
Глава 13
На следующей неделе Босс спасает клинику от взрыва.
Начинается всё с того, что он отказывается заходить в процедурную. Обычно кот посещает любые помещения без приглашения, проверяет пациентов и садится там, где мешает работе больше всего. В это утро он останавливается возле двери, прижимает уши и резко отступает.
— Не хочешь делать уколы, понимаю, — говорю я, раскладывая инструменты. — Но сегодня шприц не для тебя.
Босс рычит.
На столе лежит пожилой пекинес с воспалением параанальных желёз. Его хозяйка прижимает сумку к груди и нервно следит за каждым движением.
Кот снова издаёт низкий звук, затем ударяет лапой по двери и бежит в холл. Через несколько секунд оттуда раздаётся грохот.
— Света! — кричу я.
Администратор отвечает возмущённым возгласом. Оставив Марину Сергеевну с пациентом, выхожу в коридор и вижу перевёрнутую корзину для зонтов. Босс стоит возле служебного прохода и царапает нижнюю панель двери.