Я вздохнула, направляясь в примерочную, где ждало платье, словно приговор. Нет, оно и правда было красивым, и в другой ситуации я была бы искренне рада его примерить. Но сейчас я готова была лишь на то, чтобы сделать все… чтобы этот Дамир Геловани пожалеет о своём выборе.

Я стояла в примерочной, борясь с очередным платьем — пышным, как облако, с корсетом, который сжимал рёбра, напоминая о клетке, в которой меня держали. Мама кружила снаружи, её голос проникал сквозь занавеску:

— Ну же, дочь моя, выходи! — Ее энтузиазм был неумолимым, как приливная волна, смывающая мои слабые протесты. Я уже примерила пять платьев: одно с открытыми плечами, символизирующее "доверие", другое с длинным шлейфом, "для наследников рода Геловани". Каждое казалось тяжелее предыдущего, не только тканью, но и весом ожиданий.

— Мама, хватит, — прошептала я, выходя и кружась перед зеркалом по её требованию. — Мне душно. И это не моё. — Но она лишь вновь отмахнулась, поднося ко мне очередное:

— Ещё одно! Это с вышивкой. Ты будешь выглядеть как королева. Примерь, и увидим, как оно сидит. — Её руки уже тянулись к застёжке, поправляя ткань на моих плечах. Я чувствовала, как внутри всё закипает — слёзы наворачивались на глаза, дыхание сбивалось.

“Я не выдержу, — думала я, сжимая кулаки. — Ещё немного, и я сорвусь. Этот брак — ошибка, этот Дамир — наглец, а мама видит в нём лишь статус и традиции." Сердце колотилось, как барабан, и я уже была готова закричать, когда...

Дверь салона распахнулась с тихим звоном колокольчика. На пороге стоял он — Дамир Геловани. Высокий, с уверенной осанкой, в элегантном костюме, который подчёркивал его мускулистые плечи и тёмные волосы, зачёсанные назад. Его глаза — холодные, как сталь, — сразу нашли меня в зеркале. Он был красив, да, но эта красота казалась мне хищной, как у волка, оценивающего добычу. В руке он держал букет роз, красных, как кровь, и его губы изогнулись в лёгкой улыбке, которая не доходила до глаз.

— Ах, Дамир! — воскликнула мама, бросаясь к нему с распростертыми объятиями. — Как вовремя! Мы как раз выбираем платье для нашей дочери. Она выглядит потрясающе, правда? — Она повернулась ко мне, сияя, а я замерла, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Дамир подошёл ближе, его взгляд скользнул по платью, по моему лицу, и остановился на глазах.

— Потрясающе, — произнёс он низким голосом, протягивая букет. — Ты будешь идеальной невестой, дорогая. — Его слова звучали как комплимент, но в них сквозила собственническая нотка, от которой мурашки пробежали по коже.