Несмотря на отсутствие голода, ужасно захотелось все это попробовать. И даже тоненький голосок в голове, противненько твердящий о том, что князь даже не предполагал ее отказа, не мог заглушить проснувшийся аппетит.

Молча, Эленика села на отодвинутый князем стул. Не глядя на своего оппонента, отложила лилию и разместила салфетку на коленях. Словно и не хотела вовсе здесь находится, но раз уж другого выхода нет…

— Я уберу это подальше, — вдруг сказал Дариэн, забирая цветок.

Девушка вздрогнула, инстинктивно протянув руку к пылающему в полумраке «подарку». Он ей и правда нравился. Но, наткнувшись на горячую ладонь князя, тут же убрала кисть. Словно обожглась.

Щеки мгновенно вспыхнули, а мужчина замер.

— Его надо поставить в вазу, — через мгновение проговорил Дариэн. — Повторное прикосновение к нему отправит вас домой.

Он отнес лилию на комод в заранее подготовленную вазу.

— Приятного аппетита, Эленика, — мягко проговорил мужчина.

Княгиня выглядела невероятно забавно, стараясь придать себе вид гордой невозмутимости.

Дариэн никак не мог отделаться от мысли, что это делало ее еще более милой.

— Благодарю, сир, — ответила девушка.

Некоторое время они кушали молча. Он накладывал ей в тарелку разные угощения, она все их пробовала. Наливал в бокал золотистого вина. Сперва она отказывалась, но он не стал ей предлагать других напитков. И пришлось согласиться и в этом.

Напиток оказался вкусным, с легким обжигающим оттенком. Оказалось, это вино готовилось вместе с цветами и полынью. И на выходе давало приятный расслабляющий эффект.

Очень скоро князь заметил, что щеки княгини романтично заалели, а синие звезды глаз стали блестеть чуть ярче. Он едва заметно улыбнулся. И, если бы в этот момент Эленика подняла взгляд, то очень удивилась бы, вновь не найдя в этой улыбке и капли иронии.

За окном стояла ночь, и тихую трапезу освещали лишь несколько десятков свечей да огонь камина. В этой атмосфере полумрака княгиня начала ощущать себя очень странно. Она больше не боялась. Не испытывала дискомфорта или напряжения. Ей было легко и свободно. И даже общество повелителя Хаоса не казалось ужасным.

Он не пытался издеваться над ней или подшучивать, был предельно любезен и обходителен. Словно превратился в другого человека. Если не поднимать на него глаза…

— Зачем вы подписались словом «Дым»? — вдруг спросила княгиня, нарушая странную, ласкающую тишину.

Дариэн вздрогнул. Словно и он ненадолго погрузился в эту необычную атмосферу спокойствия.

Мужчина пожал плечами.

— Мне понравилось стихотворение, — ответил он, разглядывая, как пузырьки искрятся в бокале. — Хотелось узнать, совпадают ли у нас… вкусы.