— А меня убить вы, значит, вполне смогли, — закончил князь, и губы его вытянулись в одну саркастическую линию. — Что ж, приятно знать.

— А вы мне — никто! — почти выкрикнула она, — не семья, не друг, не знакомый. Вы — мой враг! И мой долг — избавить от вас свою родину! Это новость для вас?

Дариэн отстранился от девушки, будто получил пощечину. Его лицо превратилось в невозмутимую маску, только янтарные глаза леденели, становясь все темнее.

— Это все, что вы хотели мне сказать? — холодно спросил он.

Эленика сглотнула комок в горле. Сердце начало нестерпимо болеть, будто она говорила что-то ужасное самой себе.

— Нет, сир. Не все, — покачала головой она. — Вы — яд, уничтожающий все вокруг. Отравили меня, а теперь искалечили еще одного человека. Леонарела Фальтон.

Князь усмехнулся, поворачиваясь к окну и отходя на пару шагов.

— Ну, на этот раз я даже рад. Военачальник из него вышел плохой. Да и, как человек, он был не очень…

— Вы не имеете права так говорить о моем муже, — прошипела девушка.

— Он вам больше не муж, — отрезал князь Хаоса.

— Я сама буду решать, кто станет моим мужем! — снова почти выкрикнула Эленика, выходя из себя.

Дариэн повернулся к ней, окинув насмешливым взглядом.

— И кому вы станете примерной женой?

«Ну почему, почему все так сложно? — не понимала девушка. — Почему любой разговор превращается в тяжелый бой?..»

Княгиня покраснела и разозлилась еще сильнее. Ведь примерной женой Леонарелу она и вправду никогда не была.

Собравшись с силами, Эленика медленно пересекла комнату, подходя к мужчине, изумленно приподнявшему бровь. Прежде она никогда не сделала бы ничего подобного. Не придвинулась бы к нему ни на шаг по своей воле, словно боясь, что его близость обожжет. Но теперь страха не было. Что-то незримо изменилось между ними, только Дариэн пока не мог понять, что.

— Ясно, как день, что вам плевать на мою разрушенную жизнь, — тихо проговорила девушка, глядя прямо в мрачные лавовые глаза. — Но вам лучше было бы меня убить. Потому что иначе я не остановлюсь, пока не найду способ убить вас.

«Да, определенно, многое изменилось», — подумал мужчина, напрасно пытаясь не замечать горький привкус слов княгини.

Их взгляды схлестнулись, смешивая ярость льдов и пламя вулкана.

В груди мужчины горел огонь. Эта женщина сводила его с ума. Теперь он прекрасно понимал, что рядом с ней перестает мыслить здраво. Но ничего не мог с этим поделать. Она угрожала ему. Бросала вызов. Дерзила. Делала все то, за что он бросил бы любого другого в темницу или отослал пожизненно на рудные шахты. В лучшем случае. В худшем — убил бы на месте.