— Да ладно?

Собравшись поскрести материал поосновательней, он вовремя заметил лежащие неподалеку от тисочков части будущей рукояти, среди которых как раз валялась парочка толстеньких пластинок из такого же «наполнителя», до жути напоминавшего самый настоящий рубин. Кусок черного нефрита мужчина опознал гораздо уверенней, еще одна пластина своим блеском поначалу склонила его к серебру, но все же он определил в ней платину.

— Н-да…

Равнодушно оглядев валяющийся на грязноватой тряпке пучок бронзовой проволоки и каких-то мелких пластин (или пластинчатых пружин?), Ефим удивленно шевельнул бровями при виде странного куска балтийского янтаря. Вернее тонкого штырька из окаменевшей миллионы лет назад древесной смолы, выглядевшего как огрызок использованного карандаша — который перед этим непонятно как сплавили в ровный стержень.

— Писала она им, что ли?

При виде красивого тиснения на почти готовой обложке записной книжки (хотя, по размерам она скорее тянула на средних размеров блокнот), он наконец-то улыбнулся. И тут же озадачено хмыкнул, опознав в фигурно раскроенных кусках кожи, лежащих по-соседству с обложкой, явные заготовки будущей кобуры для пистолета. Мало того, на соседней полочке верстака, возле стопочек аккуратно нарезанной кожи блекло-зеленого цвета, скромно лежали два оружейных магазина: покрытый чем-то темно-серым ребристый винтовочный, и вороненый-дырчатый пистолетный. Слава богу, пустые! Повертев перед глазами металлический прямоугольник, «медвежатник» вернул его на место и вновь поскреб пальцами под душегреей. Задумчиво освидетельствовал характерную грязь под ногтями, и принял соломоново решение:

— Пора в баню!

Расхаживая по биндежке и собирая в сумку мыльно-рыльные принадлежности и свежее исподнее, он невольно пнул брошенную возле печки-булерьянски стопку каких-то книг. Ругнувшись и одновременно заинтересовавшись ярко-алой обложкой, мужчина не поленился нагнуться и полюбопытствовать.

— «Временный полевой Устав РККА 1940 года»?..

Небрежно полистав «ПУ-40», мирный сапожник присел на корты и начал тешить разыгравшийся интерес:

— «Тактика высших соединений»… Ишь ты?!? «Военная фортификация и инженерные заграждения»… «Применение подразделений войсковой разведки»… «Тыловое обеспечение»? «Военная история»… «Военная топография».

У следующего учебника обложки не было, зато уцелела титульная страница с названием, позволив узнать, что это «Применение стрелковых подразделений». Самой последней в стопке, приговоренной к огню, и уже основательно потрепанной «Военной администрации» повезло меньше — от нее, по сути, только обложка и осталась. Зато на ней прекрасно читался штамп библиотеки Академии Генерального штаба РККА имени Фрунзе, присутствовавший так же и на остальных книгах.