Медяков у меня было ещё много, и без проблем купив несколько свежих булок, я с удовольствием их съел. В доме, над которым висела вывеска с жестяным сапогом, я заказал себе пару новых башмаков, заменив избитые и старые. В конце концов, заметив на одной из улочек говорящую вывеску, с изображением меча и щита, я обнаружил оружейную мастерскую.

— Чем могу помочь? — стоящий за прилавком мужчина был предельно вежлив, внимательно осматривая появившегося клиента и оценивая взглядом его платежеспособность.

— Мне нужна короткая сабля, палаш или шпага. И к моему сломанному оружию нужно приделать новый эфес, вы сможете это сделать? — спросил я, путая ирландские, английские и испанские слова, но меня поняли.

— Сеньор иностранец! Прошу взглянуть на наш арсенал.

И передо мной незамедлительно был выложен десяток шпаг, палашей, абордажных сабель и ещё несколько образцов холодного оружия, названий которого я не знал. Медленно перебрав все предложенное, я не нашёл ничего для себя подходящего. Заметив мои сомнения, оружейник вызвал помощника, и тот принёс ещё с десяток различных шпаг, сабель и рапир.

Подумав, я выбрал из них себе короткую рапиру, которая была легче шпаги и показалась удобнее. Отдав за неё один эскудо, на сдачу, полученную в шиллингах, я купил перевязь к ней, чтобы выглядеть настоящим дворянином, пусть и обедневшим.

— А что вы хотели отремонтировать?

Я аккуратно положил на прилавок сверток, который приходилось повсюду носить с собой. Развернув его, оружейник стал рассматривать полоску серого металла. В свете дня клинок совсем не поражал своей красотой или изяществом форм. Судя по ширине, лезвие могло принадлежать и палашу, и сабле, но благодаря лёгкому искривлению, всё же, было ближе к короткому мессеру.

Внимательно осмотрев клинок, и не найдя в нём ничего, за что его можно было бы раскритиковать или, наоборот, восхититься, кроме необычного цвета стали, оружейник спросил.

— Какой эфес будем делать?

— Как к абордажной сабле.

— В виде ракушки?

— Да?

— Хорошо, с вас два шиллинга.

Получив требуемое, он забрал клинок, а я вышел из оружейной мастерской и направился на поиски пистолей. Магазин огнестрельного оружия был всего в одном квартале от оружейной мастерской, там я приобрёл два прекрасных пистоля, с запасом пороха к ним и пуль.

Теперь у меня снова было четыре пистоля, а значит, я вооружён и очень опасен. Короткая рапира оттягивала край моего плаща, намекая другим, что я не обычный крестьянин, да и на горожанина я был мало похож, скорее, на третьего или четвёртого сына обедневшего дворянина.