Моргнул свет, словно произошел скачок напряжения. Послышался монотонный голос бортового компьютера:

– Пожалуйста, код доступа.

– «Преторианец» 2305, – четко произнес Станислав.

Система приняла данные сканера, частоту голоса и позывной, но отказала в доступе.

– Что же, корабль создали после гибели «Посейдона». Такой вариант предусматривался.

Сказав, Станислав вновь приложил запястье к сканеру. Датчики считали биокод ДНК потовых и жировых выделений, пульс, рисунок кожи и, конечно же, имплантированный шифрованный личный код. Вновь зажегся зеленый свет.

– Полный допуск. Полномочия подтверждены, – повторила система.

– «Преторианец» 2305, идентифицировать в базе данных. Восстановить архивную информацию. Передать по носителям. Синхронизация.

Он набрал несколько групп цифр на панели ручного доступа, а как только закончил, у обоих пилотов отвалились челюсти.

Раздался привычный монотонный звук бортового компьютера, известивший о том, что архивная информация полностью восстановлена. Экраны мониторов навигационной системы, радаров обнаружения и боевого режима включились самостоятельно. Родимов сидел по-прежнему в кресле второго пилота, но теперь весь корабль словно прислушивался к каждому его вздоху, каждому движению и каждой мысли.

Кимберли Уотсон повернула голову и произвольно глянула на крыло, туда, где окрылись орудийные порты, и автоматика подняла длинный, завернутый в спиральный ускоритель, ствол смертоносной «Рапиры». Одновременно и сестра-близнец мощной пушки появилась на свет. Как? Ведь Станислав даже не прикасался к панели с клавишами управления оружейных платформ.

– Минутная готовность, – сообщил Стас напарникам. – Ракетной турели захватить «мыльницу», но не стрелять… Кимберли, приготовься сбросить ловушки и тепловые приманки.

«Барракуда» неуклонно летела вперед на огромной скорости. Казалось, вовсе не собиралась ее сбавлять.

К моменту подхода корабля в строю оставался один перехватчик союзников. Второго не видно. Сбили или вышел из боя, получив серьезные повреждения. За всеми переживаниями и приготовлениями Станислав упустил из вида этот важный момент.

Четыре «комиссаровских» «Фалькона», тех самых, что с недавних пор Украинским КМС «любезно» и регулярно поставляли «друзья» из Италии, стервятниками кружили вокруг него. Пока безуспешно. Опытный пилот ловко уходил от атак.

И вот, когда до сражавшихся оставалось менее пяти километров, Родимов резко сбросил тягу, развернул корабль, пока еще невидимый врагом, носом к первой паре «Фальконов».

– Захват цели. Синхронизация, – услышали в кабине его слова.