— А заклинания? Ты знаешь какие-то заклинания? — Неферу задала вопрос полностью серьёзно, а я, честно говоря, растерялся.

Оказывая первую помощь во мне включился человек из будущего. Я совсем забыл об этой особенности жизни египтян. Для них нет разделения на материальное и метафизическое. Когда они сажают зерно в плодородный ил, а потом молятся и поливают семена, и в их разуме нет разделения, что на самом деле способствует росту. Для них это компоненты одного процесса: боги наделяют зерно жизненной силой не меньше, чем ил.

Я знал, что медицина этого времени тоже не лишена такого элемента, видел старую рехет за «работой», но не обращал внимания на её бормотания. Мозг эту часть лечения отфильтровывал как неважную.

В принципе, я приступил к делу, мысленно помолясь, но вслух такое не скажешь.

К счастью, отвечать мне не пришлось.

Рахотеп оказался неплохим человеком, и пришёл на зов с медиком.

Немолодой, но крепкий мужчина, внешне ничем не отличался от любого другого небедного жителя Двух Земель. Он выглядит как обычный гражданский, хотя, вроде бы, гид в Каире говорил, что все медики — жрецы.

Никакой специальной униформы, подтверждающей жреческий статус на нём не было, кроме довольно пухлой кожаной сумки, из которой торчал какой-то свиток. Предполагаю, что медицинский папирус. Таскает, наверное, для статуса, ведь всё знает наизусть.

Из будущего я помню, что врачебная этика требовала сказать пациенту после осмотра одну из трёх ритуальных фраз: «Это болезнь, которую я могу вылечить; это болезнь, которую я, может быть, смогу вылечить; это болезнь, которую я не смогу вылечить».

Только ничего такого он не сказал, хоть и осмотрел всё очень внимательно.

Я заметил, как морщится Неферу, когда настоящий врачеватель касается раны грязными руками. Ну, в смысле, не обработанными вином. Впрочем, в саму рану он не лез, только рядом ощупал. Пульс померил, положив ладонь на грудь в области сердца.

В этот момент Неферу, понявшая цель манипуляции, покосилась на меня — я-то её научил щупать пульс на шее.

Он хотел сначала выдернуть дренаж из раны на плече, но рука его остановилась. Он посмотрел на Неферу недовольно:

— Я старший лекарь войска Секхетьенанах, исцеливший ноздри царя, — при этих словах он гордо выпятил грудь. — Скажи, жена Саптаха, зачем ты беспокоишь меня, занятого человека, если тебе уже помог какой-то просвещённый?

Старший и просвещённый — это титулы, градации в иерархии медиков. Старший — второй снизу, после проверяющего, а выше посвященного только главный лекарь. Между ними есть ещё «руководитель».