В общем, засиделись мы до глубокой ночи. Пришлось отвечать на множество самых разных, порой неприятных вопросов. Но в этом большом зале собрались только друзья и я счел своим долгом на них ответить. Было много смеха, слезы, обиды… но все это уже прошло. Беды остались в прошлом. По крайней мере, так хотелось думать.

Натали и Селена наслаждались пиршеством, стараясь казаться непричастными. Санара поглядывала на них искоса, но ничего не сказала. Когда все разошлись по домам, в небе уже светили три луны Сарнала. Первым ко мне подошел Норм.

— Патрик, между мной и Санарой ничего не было…

— Ты не должен мне ничего объяснять, — успокоил я.

— Патрик, ты не понял. Санара — женщина видная, с титулом. Если есть ребенок, то должен быть и муж, понимаешь? Это касается ее чести и чести ее семьи. Опять же у тебя остались враги. Если станет известно, что ребенок — твой сын, его могут убить, понимаешь? Я всего лишь прикрыл ваши тылы, — Норм улыбнулся. — Санара любит тебя, но ей трудно в этом признаться. Но она изменилась, ты скоро поймешь.

— Мне уже говорили, — я пространно кивнул. — Давай отложим этот разговор на завтра? Я не держу никаких обид. Ты — мой друг, Норм, и этого ничто не изменит. У тебя не должно быть сомнений. А с Санарой мы как-нибудь разберемся. Она — девочка взрослая, должна знать, чего хочет.

— Она знает. Иди, тебя уже ждут. Посмотри на сына.

Пожалуй, среди веселого сборища я не видел только Гаю и Лу. Они сидели с ребенком. Поднявшись на второй этаж, я применил на себе заклинание очищения и сменил одежду на более привычную для этих стен. Собравшись с духом, постучался в покои Санары. Дверь открыла Гая и тут же повисла у меня на шее. Потом Лу. Через несколько минут из спальни к нам вышла сама госпожа Бремер за ручку с малышом.

— Он уже ходит? — проронил я не зная что сказать.

— Бегает… — улыбнулась Санара. — А еще говорит. Слишком много, порой. Наверное, ты в детстве тоже был болтуном?

— Еще каким, — выдохнул я, вспоминая веселые рассказы матери.

Мне позволили взять сына на руки. Я заглянул в его глаза и тут же получил кулаком по носу. А потом меня схватили за ноздрю и ткнули пальцем в глаз для порядка. Я сразу вспомнил отца и почувствовал себя на его месте. Это было так… непривычно. Даже дико. Я не знал, как себя вести. Но как бы там ни было, сердце переполняла радость.

— Ну все, — Санара, улыбнувшись, забрала дитя. — Уложу в постель, пока не расплакался. Ты останешься здесь или постелить в другой комнате?

— А… где Натали?

— В гостевой, — ответила Лу.

— Тогда я пойду к ней. Не хочу вас тревожить.