Оставшись в грязной, пропитанной инопланетной кровью, потом и пылью спортивной одежде, я наконец смог нормально осмотреться.

Это была классическая комната для допросов. Голые стальные стены, выкрашенные в унылый серый цвет, прикрученный к полу металлический стол и два неудобных стула. Под самым потолком, во всех четырёх углах, тускло поблёскивали объективы камер, снимавших комнату абсолютно со всех ракурсов и не оставлявших слепых зон. Я, конечно, ожидал увидеть ещё и огромное двустороннее зеркало, как в классических детективных фильмах, но, видимо, Щ.И.Т.у такие театральные эффекты были ни к чему. Щёлкнул электронный замок, и агенты, не проронив ни слова, вышли, оставив меня одного. Я тяжело выдохнул, потёр ноющие после стяжек запястья, аккуратно положил руку поверх бинтов, чтобы хоть как-то успокоить ноющую конечность, и медленно опустился на холодный металлический стул. Пытаться искать выход или паниковать не было никакого смысла. Готов поспорить на свою зарплату эникейщика, что эту комнату при необходимости можно заблокировать так, что её не пробьёт даже Халк. В теории, конечно, — но для обычного гражданского и этого хватит.

Оставалось только ждать. И готовить свою лучшую, самую убедительную речь для человека с повязкой на глазу.

Ждать пришлось недолго — от силы минут пять. Тяжёлая дверь с лёгким пневматическим шипением отъехала в сторону. Я мельком отметил её толщину — не меньше пятнадцати сантиметров монолитной стали. В комнату вошёл мужчина средних лет в строгом тёмном костюме. Лицо — абсолютно непримечательное, из тех, что забываешь через секунду после того, как отведёшь взгляд. Идеальный оперативник. Я его не знал, но ни капли бы не удивился, если бы этот парень оказался одним из агентов Гидры, коих в Щ.И.Т.е сейчас как собак нерезаных. Он молча положил на металлический стол тонкую папку и диктофон — хотелось даже спросить: зачем? Сто процентов в стенах стоят микрофоны получше. Видимо, либо для отвлечения внимания, либо просто обманка. Затем выдвинул стул и сел напротив меня.

— Доброе утро, — сказал я на чистом русском языке, решив первым нарушить давящую тишину. — Хотя, учитывая пейзажи за окном, для многих оно сегодня ни разу не доброе.

Агент никак не отреагировал на мою фразу. Ни единым мускулом не дрогнул. Он нажал кнопку на диктофоне и заговорил на идеальном русском, практически без акцента. Хм, интересно, какое у него гражданство? Лицо типично американское, но выучка явно спецслужб. Впрочем, плевать.

— Допрос объекта. Дата… — он монотонно продиктовал время и место для записи, а затем поднял на меня холодный, немигающий взгляд. — Давайте начнём с базовых вещей. Назовите ваше полное имя.