— Вот теперь — неплохо, — кивнула Наташа. Она скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на меня. — Только ответь на один вопрос. С чего это вдруг наш механик «номер два» схватился за огнестрел? Зачем тебе это? Ты же летаешь в бронекостюме...

Улыбка сползла с моего лица. Я положил пистолет на стол, стянул наушники и отвёл взгляд от Вдовы, уставившись на продырявленную мишень. Челюсть рефлекторно напряглась. Перед глазами на секунду вспыхнул раскалённый металл плавящегося «Инквизитора».

— Механик номер два? Ну и шуточки у тебя. Костюм — это всего лишь машина. Продвинутый экзоскелет, если быть точнее, Нат. А машины как правило имеют свойство ломаться — глухо ответил я. — Без брони я сейчас — просто инженер. Даже не гений уровня Тони, который из хлама может собрать оружие как нечего делать. Я обычный парень в кресле. Недавно я наглядно ощутил на себе, каково это, когда броня разваливается на куски и плавится прямо на тебе, а у врагов регенерируют конечности. Если такое повторится… я не хочу снова быть просто беспомощной мишенью, которая ждёт, пока вы придёте меня спасать.

Я выдохнул, прагматично принимая свой страх как факт. Наташа долго смотрела на меня. В её взгляде не было ни жалости, ни насмешки — только тихое, профессиональное понимание человека, который сам не раз стоял на краю.

Она коротко кивнула.

— Приходи завтра в восемь утра. Будем учить тебя стрелять в движении.

— Эй! — искренне возмутился я, когда Наташа уже развернулась к двери. — Я по утрам вообще-то сплю! Мы с Карой по ночам чертежи сводим!

— В восемь утра, и не опаздывать, — пригрозила она мне строгим взглядом, остановившись на пороге. — Иначе я просто запру тир на замок, чтобы не убился ненароком.

Убравшись в тире и вернувшись на свой этаж после тренировки, я первым делом отправился в душ, чтобы смыть с себя въедливый запах пороха, оружейного масла и пота. Когда струи воды били по спине, ощущения казались непривычно острыми. Зажившая кожа реагировала на температуру и напор гораздо чуть острее обычного, но какое же это было наслаждение — наконец-то нормально, без оглядки на пластиковый корсет, принять душ. Выйдя из ванной распаренный и красный как варёный рак, я завис перед открытым шкафом. Выбирал я не то чтобы слишком долго, скорее мучился от того, что выбирать было банально не из чего. Почти все мои повседневные вещи благополучно сгорели вместе с особняком в Малибу. А когда мы вернулись в Башню, Пеппер, заметив мои полки, состоящие исключительно из серых и чёрных футболок в которых как я когда-то в первые дни в этом мире ходил, недолго думая, просто продублировала калифорнийский набор гардероба.