Глядя на эти костюмы и их повреждения, я почувствовал, как внутри снова проснулся инженерный азарт. Я припарковал коляску у главного голографического стола и вывел из спящего режима центральный терминал. Пролистав папки, нашел свою и открыл чертежи. Перед глазами тут же проявилась схема моего личного проекта «ATLAS». Конечно же, мне было очень жаль, что он был уничтожен прямым попаданием ракеты во время атаки на особняк в Малибу, тем более что собирал я его не на сборочной платформе, а вручную. Но, честно говоря, сейчас я понимал, что это было к лучшему. Если бы я поперся в Майами в той, первоначальной версии костюма, солдаты Экстремиса, возможно, вскрыли бы меня, как консервную банку, так как броня у него была не самая хорошая.

Титано-золотой сплав Тони — это, конечно, круто. Он легкий, прочный, пуленепробиваемый. Но бой в порту наглядно показал: когда на тебя прыгает мутант, чье тело разогрето до трех тысяч градусов, стандартная броня начинает течь, словно пластилин на солнце. Мой импровизированный «Инквизитор», собранный из говна и палок за три часа, выжил только потому, что я обшил его вольфрамом и тяжелой жаропрочной керамикой, пожертвовав аэродинамикой в ноль. Пальцы над сенсорной панелью так и чесались начать перекраивать геометрию брони. Мне нужна была многослойная защита.

Я начал редактировать силуэт, совмещая технологии выживших костюмов. Основа брони — многослойный сэндвич: внутренний каркас из сплава глубоководного «Молота», прослойка из виброгасящего геля и внешние плиты из жаропрочной матовой керамики и вольфрама. Никакого глянца, никакого золота и красного хрома. Только вороненая, графитово-черная сталь, поглощающая свет. Рост костюма я заложил на отметке в двести пятнадцать сантиметров. Из-за таких габаритов я буду находиться внутри него, как в капсуле: мои настоящие руки закончатся где-то в предплечьях брони, а ноги — в голенях. Это позволяло сделать кисти и ступни костюма полностью механическими и невероятно мощными, а также освобождало кучу места внутри корпуса под системы жизнеобеспечения и медицинские инъекторы.

— Джарвис, продублируй силовую установку, — скомандовал я, перетаскивая на схему модули питания.

В новом «Атласе» будет два усиленных дуговых реактора, как у «Игоря». Грудной реактор (утопленный глубоко в броню под защитные шторки) будет питать оружие и репульсоры, а второй, спрятанный в массивном горбу на спине, — исключительно системы жизнеобеспечения, сервоприводы и гироскопы. Если мне пробьют грудь, я не превращусь в беспомощную консервную банку. Следом я взялся за ходовую часть. Ноги получились массивными, похожими на колонны. В подошвы я интегрировал мощнейшие маршевые двигатели и выдвижные якоря от «Игоря», чтобы костюм мог намертво цепляться к земле, ну и добавил систему гашения ударов от приземления с большой высоты. Но главное — я внедрил систему векторной тяги: дополнительные репульсоры на внутренней и внешней стороне голеней. А в спину и поясницу встроил усиленную систему гироскопической стабилизации от моего самого первого экзоскелета-погрузчика и ещё парочку репульсоров для полетов, ибо скорости никогда не бывает мало. Гироскопы же будем настраивать напрямую, отталкиваясь от того, что вытворял тогда экзоскелет-погрузчик: заставим эту броню не просто ходить по полю боя, а бегать, прыгать и делать сальто, если это понадобится.