Она вздрогнула и подняла на меня глаза, полные затаённой вины.

— Тони... мне правда жаль. Я не хотела, чтобы всё зашло так далеко.

— О, избавь меня от этих раскаяний, — холодно усмехнулся я, откидываясь на спинку кровати. Мой сарказм был сейчас единственной защитой от разъедающего изнутри страха за Пеппер. — Я знаю всё. Мой техник в Нью-Йорке весьма доходчиво передал мне суть вашей беседы в самолёте. Ты продала свой гениальный проект сумасшедшему, и теперь твои ошибки взрываются по всей стране, оставляя от людей лишь тени на стенах.

Майя побледнела, собираясь что-то возразить, но дубовая дверь комнаты бесшумно распахнулась. На пороге стоял Олдрич Киллиан. На нём был безупречно сшитый светлый костюм, но от его хвалёного лоска и грации хищника не осталось и следа. Лицо Киллиана искажала гримаса неприкрытого бешенства, а на скулах ходили желваки.

— Твои идиоты-союзники из Щ.И.Т.а совершенно не умеют работать с информацией, Старк! — рявкнул он, резким шагом пересекая комнату и нависая надо мной. Его глаза на долю секунды опасно полыхнули магматическим оранжевым светом.

Я выгнул бровь, изображая вежливое любопытство.

— Годы планирования! Идеально выверенная логистика! — Киллиан опёрся руками о спинку кровати, гневно дыша мне в лицо. — Мои люди только что доставили доктора Хансен. И знаешь, о чём эти кретины решили умолчать до самого прилёта? Что захват Пеппер Поттс сорван! И кем?! Твоим щенком-недоучкой!

Олдрич нервно дёрнул манжеты рубашки, пытаясь вернуть себе самообладание, но ярость брала верх. Я же в это время только и мог мысленно посмеиваться над тем, насколько тупо это звучит.

— Мне докладывали, что особняк рухнул прямо на него. Что он погребён под тоннами бетона, а твой десятый Марк не доставит проблем. Информаторы клялись, что парень не боеспособен! А теперь выясняется, что этот полумёртвый сопляк в искорёженном куске металлолома умудрился положить моих людей в Нью-Йорке и защитить Пеппер до прибытия подкрепления! Как обычный ассистент с переломанными костями смог это сделать?!

Я от всей души торжествовал, хотя внешне сохранял невозмутимый вид. Олдрич, этот злой гений, только что на своей шкуре осознал, что его агентурная сеть жёстко просчиталась. Они недооценили Макса. Думали, что сломанный костюм и ранения вывели его из игры. Не учли, что мой ученик — это суровый сисадмин, способный отремонтировать даже груду металлолома и держаться на голом упрямстве. И это заставляло гордиться им ещё сильнее.

— Признаюсь, Тони, я ожидал, что ты придёшь мстить с размахом, а не приползёшь ко мне в дом с самодельным электрошокером, — Киллиан с трудом выпрямился, натягивая на лицо маску холодного превосходства, пытаясь скрыть свой провал. — Твой ученик оказался занозой, но теперь твоему везению пришёл конец. У меня всё ещё есть доктор Хансен, и ты перепишешь для меня Экстремис, хочешь ты этого или нет.