— Настя, подожди, — его голос был хриплым, надтреснутым. — Не прогоняй. Пожалуйста.
— «Пожалуйста»? — я саркастично усмехнулась, сжимая этот дурацкий пакет с едой. — Ты пришел предложить мне новую сделку? Хочешь повысить цену? Решил, что «поддержки до конца жизни» мало и решил добавить сверху еще пару золотых слитков?
— Да нет же! — он всплеснул руками, едва не задев бра. — Слушай, я реально... я идиот. Первый раз в жизни это признаю. Мать всегда говорила, что я самоуверенный козел, и, кажется, она была права. Я ввязался в этот спор, потому что хотел доказать, что я лучший. — Матвей замолчал на секунду, глядя прямо в мои глаза. — Но потерять тебя для меня сейчас — это как если бы у меня всё отобрали. Сразу. Вообще всё.
— Ты противоречишь сам себе, Матвей, — яростно прошипела и сунула ему пакет обратно в руки. — Ты хочешь и тачку сохранить, и меня не потерять. Так не бывает! Поэтому проваливай из моей квартиры и не забудь дверь за собой закрыть!
— Слушай, если тебе от этого станет легче... если ты всё еще хочешь меня прибить за то, что я наговорил — бей. Серьезно, Насть. У тебя удар поставленный, я заслужил. Вмажь мне прямо сейчас, выплесни агрессию.
Я влетела в зал, едва не снеся плечом косяк. Матвей естественно никуда не ушёл, а пришёл следом за мной, слегка улыбаясь:
— И вообще Макаркина, это квартира моей покойной бабки, которая завещала этот «лофт» мне, так что, по факту, это моя квартира.
Тут я застопорилась вспомнив, что он разрешил мне здесь пожить. Резко обернулась и выдала ядовитым взглядом:
— Хорошо, тогда я уйду, чтобы не видеть твоей противной рожи!
Распахнула шкаф так, что петли жалобно взвизгнули. Где эта чёртова сумка? А, вот она. Я начала швырять в неё всё подряд: кофту, пару маек, зарядку от телефона. Главное — уйти. Куда угодно, хоть на вокзал. Только бы не видеть его покаянную физиономию.
— Макаркина, ну хватит! Не сходи с ума! Насть, ну куда ты пойдёшь ночью? Посмотри на часы, Макаркина! Тебя гопники в подворотне испугаются!
Он резко перехватил ручки сумки, когда я попыталась запихнуть туда джинсы.
— Отпусти, Котовский, — прошипела я, не поднимая глаз. Внутри всё клокотало от ярости. — Отпусти по-хорошему, Матвей, иначе я тебе реально всеку. И поверь, твой пластический хирург потом долго будет собирать тебе нос по кусочкам.
— Не отпущу. — он упрямо сжал пальцы на коже сумки. — Ты ведешь себя как... как…
— Как кто? Как нормальный человек, которому плюнули в душу?! — я резко дернула сумку на себя. Он не ожидал такой силы и на секунду потерял равновесие.