Первый налетел быстро, целя клювом в лицо, я чуть отклонился и отмахнулся кулаком. Без сомнений, я попал ему точно в грудь, вот только удар, который сбил бы обычную птицу, лишь слегка отбросил эту тварь. Ворон перевернулся в воздухе, каркнул возмущенно и тут же атаковал снова. Он в прямом смысле не ощутил моего удара, зато в ответ очень больно клюнул в плечо. Куртка продырявилась, будто и не была из плотной кожи.

Клюв ворона… был неестественно твердым — как железо. Я врезал кулаком по второму ворону, целясь в голову. Эта птица тоже лишь чуть отлетела, тряхнула головой и снова бросилась в атаку.

Чёрт. Они как Шлёпа — такие же ненормально крепкие. Это необычные вороны, будто у них перья и клюв металлические.

Еще один ворон, тем временем, зашёл сбоку и клюнул меня в другое плечо. Боль была… ощутимой. Не смертельной, но каждый такой удар — это неминуемая рана.

Я стиснул зубы. Эта боль, плюс боль которую «транслировала» лиана сбивали с толку.

Третий ворон ударил как раз в ту руку, которая была закалена. И я с удивлением понял, что несмотря на продырявленную куртку, предплечье лишь больно кольнуло клювом, но не продырявило до крови, как плечо ранее.

Вот и зримая польза закалки: будь я полностью закален, удары таких тварей были бы мне не страшны. А так… только одна, левая. Зато можно на нее принимать всех летящих в меня воронов.

Я ударил воронов несколько раз в ответ как кинжалом так и кулаком и неплохо попадал, вот только сразу понял, что так дело не пойдет: тот же кинжал просто скользнул по их перьям, не навредив. Похоже, нужно применять усиление, по-другому никак.

Времени на раздумья не было. Я потянулся к живе, направил её в мышцы руки и сразу ощутил знакомое покалывание и силу, растекающуюся под кожей. Следующий удар нанёс уже с усилением.

Кулак врезался в ворона с хрустом.

Птица каркнула, как будто бы даже удивлённо, и рухнула на землю, судорожно дёргая крыльями. Теперь остальные.

Два других ворона сразу стали осторожнее после того, как увидели судьбу собрата. Так что я получил возможность добраться до дерева, буквально три-четыре секунды, которыми я воспользовался. Подбежал, вонзил в глубоко в кору кинжал и начал карабкаться наверх.

За усиление будет откат, так что нужно успеть разобраться со всем до того, как меня им накроет.

Я СЕЙЧАС. ДЕРЖИСЬ.

Кора была шершавой, за неё легко было цепляться, но каждое движение отдавалось болью и моей собственной (от закалки в руке и ноге) и той, что приходила от Виа. Наверху лиана продолжала отбиваться, хлеща во все стороны, но воронов было слишком много. Они действовали слаженно, как настоящая охотничья стая: пока одни отвлекали, другие пикировали и клевали, выдирая куски зелёной плоти. Никто из них не собирался подставляться под щупальца лианы.