Я взглянул на свои руки, которые были всё ещё в грибной слизи.Да, надо их вымыть и приниматься за другие дела Подошел к небольшому ведерцу, в котором было немного воды начал тщательно оттирать пальцы от грибов. От невеселых мыслей меня тут же отвлек писк.

— Пи?

Седой сидел на краю корыта и смотрел на меня с выражением, которое я уже научился распознавать: «А мне? Где еда?»

— Сейчас, сейчас… — вздохнул я.

Вытер руки о штаны и направился в дом, достал кувшин с медом и отлил совсем чуть-чуть в деревянную плошку. Мурлык уже аж запрыгивал на меня, так хотел меду. Ну хоть у кого-то в доме веселое настроение.

— Тише-тише, сейчас дам. Ты ж старый, должен обладать терпением. — хмыкнул я и вынес мед наружу, на крыльцо, и поставил на ступеньку.

— На, держи.

Седой тут же подскочил к плошке, оживившись. Его нос задёргался, улавливая сладкий аромат.

Мурлык осторожно слизнул мёд с краешка и замер. Потом его глаза закатились от удовольствия, и он начал… мурчать.

Да уж, мед ему нравился не меньше, чем едкий сок — во всяком случае реакция одинаковая.

А потом Седой начал слизывать мёд с такой скоростью, будто это была последняя еда в его жизни. Плошка опустела за считанные секунды, и Седой уставился на меня требовательным взглядом.

— Пи?

— Хватит пока — это не сок едкого дуба, тут меру знать надо.

— Пи! — недовольно пискнул он, и уселся рядом с максимально расстроенным видом. Меня, правда, таким было не пронять.

— Ну и ну, — хмыкнул Грэм, наблюдая за этой сценой. — Смотри-ка, ещё одна слабость у ворюги обнаружилась.

Он запустил руку в карман и достал горсть семечек. Шлёпа, который до этого важно расхаживал по двору, мгновенно оказался рядом. Гусь ловко хватал семечки прямо из воздуха, когда Грэм подбрасывал их.

Мы с Грэмом покормили своих питомцев и наступила тишина.

Шлёпа доел семечки и устроился у ног Грэма, время от времени бросая бдительные взгляды на калитку. Рядом с крыльцом медленно ползла улитка-живосвет. Её раковина мягко светилась в сгущающихся сумерках, оставляя за собой едва заметный серебристый след. Мох у нее почти закончился, надо завтра набрать еще, а то покинет нас в поисках местечка получше, где хорошо кормят. Скоро улитка добралась до упавших листьев мяты и начала их есть.

Минут десять прошло в относительной тишине. Я устроился на ступеньке рядом с Грэмом, наблюдая за тем, как последние лучи солнца окрашивают небо в оранжевые и розовые тона. Седой, наевшийся мёда, задремал у меня на коленях, свернувшись в пушистый клубок. Мурчать он перестал. Кажется, он действительно начал привязываться ко мне, раз так доверяет. Впрочем, это же я его вылечил и он это своим маленьким мозгом прекрасно понимал.