[«Дар» повышен: 27% → 31%]
Я открыл глаза. Удерживать прежнее состояние без мыслей и тревог больше было невозможно. Сообщение системы было неожиданным, как и рост дара сразу на четыре процента.
Мир вокруг вернулся к привычным очертаниям, вернулись звуки и запахи. Вот забор, вот десятки растений, вот заходящее солнце. Но самым главным было не это, а оставшееся со мной ощущение, которое система назвала «чувством жизни». Я чувствовал растения даже сейчас, с открытыми глазами, как какое-то слабое эхо на периферии сознания. Да, больше не было сияющих точек, но было их,,ощущение,,.
Я сидел неподвижно, пытаясь осмыслить произошедшее. Навык Чувство Жизни… если развить его, то я смогу следить за всеми растениями в саду одновременно: замечать их болезни на ранней стадии, понимать, чего им не хватает и что им нужно. А что если благодаря этому навыку позже я научусь чувствовать не только «свои» растения, но и дикие? Те, что в лесу? Вот это был бы настоящий прорыв в овладении Даром.
Пока я размышлял об этом и о других возможностях, мне стало очевидно, что мое понимание Дара было слишком однобоким — он способен на намного большее, это просто я использовал его довольно прямолинейно.
— Пи?
Этот писк вырывал меня из созерцательного настроения. Седой сидел рядом и смотрел на меня с явным беспокойством. Видимо, я слишком долго не двигался.
— Всё в порядке, — я потрепал его по голове. — Просто… думаю.
Я поднялся, отряхнул штаны и посмотрел на закат. Чуть вдали заметил идущую от Кромки фигуру старика с палкой, и рядом с ним важно шагающего гуся.
Грэм возвращался.
Вот такая глава. Пытался вместить все, и все равно не влезает…
Когда Грэм вернулся, я быстро занялся увиденным во время медитации насекомым, подтачивающим корни мяты. Осторожно разрыхлил землю вокруг куста, помня, где именно увидел вредителя, и воткнул туда руку, тут же нащупав что-то твёрдое и шевелящееся. Быстро выдернул тварь наружу и увидел толстую личинку, размером с мизинец с мощными жвалами.
— Так вот ты какой, паразит… — вздохнул я, глядя на это существо, и одним движением ноги раздавил его.
Никакого сожаления не было.
— Вот так, — буркнул я, — Нечего портить мои растения, мне тут вредители не нужны!
С другой стороны, может насекомое тут не одно, ведь как-то оно проникло в сад?..
— Пи?
Седой подполз ближе, принюхиваясь к останкам.
— Нет, это не еда. Даже для тебя.
Я выпрямился и окинул взглядом сад. Закатное солнце золотило верхушки растений, и в этом свете они казались почти сказочными: улучшенная мята серебрилась, а восстанавливающая трава отливала холодной зеленью. Вынесенный в кадочке, рос женьшень — вот уж кто рос медленнее всех.