Судья попросил Манако представиться, и та тихо ответила: «Кадзии Манако». Затем так же тихо подтвердила свою дату рождения и села рядом с адвокатом.

После тесной комнатки для свиданий Манако странно смотрелась внутри до нелепого огромного зала с высоченным потолком. Рика подумала, что она напоминает десерт из баварского крема. Очень мягкий, но одновременно упругий и хорошо сохраняющий форму. Парадоксальное сочетание силы и слабости. Впрочем, нет. Слабости сегодня в Манако больше. На матовой коже розовеют полные губы красивой формы; темные глаза, глядящие в пустоту, кажутся заплаканными, молящими о помощи. Даже не верится, что во время первого суда и на встречах с Рикой она держалась так самоуверенно и высокомерно.

Манако грустно вздыхала так, что ее плечи вздрагивали. Одета она была в простую, подходящую скорее для дома одежду: мешковатое угольно-серое платье из плотной ткани, скрывающее фигуру, легинсы вместо колготок. Однако даже с большого расстояния Рика поняла, что на ней хороший жесткий бюстгальтер, придающий форму полной груди. Вполне возможно, что слухи правдивы, и Кадзии надела на слушание комплект белья, подаренный поклонником, – в ее «группе поддержки» оказалось немало мужчин.

Рика перевела взгляд на адвоката – подтянутого скуластого мужчину с зачесанными назад длинными волосами. Круглые очки, проступающая щетина… Невзрачный на первый взгляд, на самом деле он был хорошо известен в профессиональных кругах. Рике пару раз приходилось брать у него интервью о крупных делах, которые он вел.

Манако сидела потупившись, только иногда вдруг поднимала широко распахнутые глаза и грустно вздыхала так, что ее плечи вздрагивали.

Ее адвокат начал зачитывать основания для апелляции. Время от времени Манако поворачивалась к нему, слегка склоняя голову набок, словно хотела себя приободрить.

Наблюдая за ней, Рика чувствовала себя так, будто вдруг пробудилась от долгого сна. Почему она так увлеклась Кадзии Манако за последние полгода? Как умудрилась подпасть под ее влияние? Ерунда какая-то. Сейчас, в этом зале, осунувшаяся Манако казалась беспомощной слабовольной женщиной, от которой ничегошеньки не зависит. Может, у нее и не было никаких особых желаний, и попала она сюда лишь потому, что плыла по течению? Позаимствовала самую распространенную в обществе систему ценностей и попыталась подстроиться под нее. Ведь если подумать, все то, к чему стремилась Манако, имело вполне конкретную денежную стоимость.

Кадзии вдруг вскинула голову – кажется, пыталась отыскать кого-то глазами в зале. Рика попыталась поймать ее взгляд, но он был неуловим, словно юркий светлячок.