Вообще такая недобросовестная конкуренция повсеместно процветает!

Кто я и кто они? Шарлатаны и прощелыги!

«Наличествует пока определенное и стойкое недоверие к моим способностям в новом коллективе», — как я хорошо понимаю.

Так оно и должно быть, настоящие волшебники с невероятными умениями не каждый день приходят устраиваться на работу в заурядный медицинский центр. Особо торопиться и убеждать будущих коллег я не собираюсь, пара сеансов и они сами встанут в очередь.

— Прямо так, путем наложения рук? — недоверчиво переспрашивает разговаривающая со мной администратор, взрослая женщина лет сорока пяти.

— Именно так. Сейчас меня и проверим сразу, чтобы долго не разговаривать. Вот у вас сейчас что-то болит? Голова или спина, например? — я уверен в себе и очень убедительно брутален.

А у каждого взрослого имеются проблемы или с тем, или с тем.

Людмила, которая администратор, постоянно трет виски и морщится от мигрени, как я сразу вижу.

— Да, головные боли измучили. И сейчас болит от этой жары, будь она не ладна.

Да, июль в этом году серьезно жаркий, а июнь оказался просто рекордным по высоким температурам, как я уже узнал.

— Это вообще не проблема. Даже переодеваться не нужно. Сейчас шею поправлю и все. Нормальный кровоток наладится, — говорю я и зову ее присесть на кресло в отдельном кабинете. — Десяти минут для снятия боли мне хватит.

Ну, от такого предложение мало кто откажется, тем более совсем бесплатно.

— Девочки, присмотрите за рецепцией, — просит она подруг и заводит меня в первый попавшийся кабинет.

Девочки разных возрастов оживленно комментируют мою первую попытку излечения и, как быстро становится понятно, совсем не в мою пользу.

Я мог бы и за половину минуты все наладить с ее шеей, однако необходимо изображать большие усилия при излечении, пусть пока мы остались наедине. И времени тратить побольше, чтобы все правдоподобно выглядело.

Да и в дальнейшем я буду только родителей несовершеннолетних приглашать, так перед всеми желающими врачебную тайну не хочу открывать. Что использую какие-то камни странного вида.

«И то, если они очень сильно попросят. Хотя вообще никого не буду, могу себе такое отношение к клиентам позволить. Уже в самом ближайшем времени».

Занимаюсь шеей и головой пять минут, в конце прикладываю камень и пускаю немного маны.

Совсем немного, меньше одного процента, потом выпрямляюсь и говорю усталым голосом:

— У котика болит, у собачки болит, а у Людочки не болит. Теперь ничто не должно тебе мешать радоваться жизни.

Ошарашенная Людмила встает, потирая виски, и еще не понимает, куда ушла боль.