«Наверно, Лаврентия уже не будет, не может же он постоянно тут сидеть. Жаль, я почувствовал в нем ситуативного союзника, его мое появление сильно заинтересовало, пусть он своего отношения перед товарищем Сталиным никак не выдал. Да еще новость про футбол тоже мимо ушей не пропустил, поставят его люди заграницей несколько ставок на итальянцев», — размышляю я.

Тьфу, какие люди, он же еще первый секретарь Грузинской ССР, а не нарком внутренних дел и контрразведки. Впрочем, наверняка, свои доверенные люди у него все-таки за границей есть.

Через час петляния по пригороду и городу мы влетаем на скорости в ворота Кремля, те самые, которые слева от мавзолея, как я успел рассмотреть.

Те же процедуры, только сильно ускоренные, я прохожу мимо очередного служивого, где снова вижу Поскребышева. Тут мы притормаживаем и ждем отмашки на вход от доверенного секретаря.

«Интересно, арестовали уже его жену или еще нет опричники нашего Вождя номинально именно за то, что как-то в Париже она вместе со своим братом на улице случайно встретила сына Троцкого. Брата должны первым забрать», — вспоминаю я когда-то прочитанные страницы.

Это ведь только личная прихоть Вождя — так проверить своего помощника на верность и характер, больше бы никто не осмелился так пошутить с незаменимым помощником товарища Сталина.

Вот с такими невеселыми мыслями о произволе и полной безнаказанности тирана в будущем я прохожу в кабинет товарища Сталина.

«Ладно, я здесь не для того, чтобы давать оценки здешним людям в такое время. Совсем для другого дела я здесь оказался, хочу помочь советскому народу и всей моей стране пережить невероятно тяжелые времена. Кроме Сталина и его ближайших сподвижников информацию мне выдавать совсем некому, никто в стране Советов больше ничего серьезно не решает», — отстраненно напоминаю себе.

С ними, как раз, наоборот, все гораздо проще получается, когда вся власть только в одних жестких руках сконцентрирована.

Вождь сидит за своим столом, при свете зеленой лампы над чем-то трудится, что-то перечитывает и поэтому просто машет рукой. Правда, не лично мне, а именно моим сопровождающим, чтобы я приблизился к столу с другой стороны.

Стою, жду, пока Вождь в порядок мысли приведет.

У него их много разных. Теперь нужно вспомнить, о чем я говорил ему в прошлую встречу.

И, как мне сейчас кажется, скорее всего, главное будет что-то из сведений немецкого Генштаба. То, что он узнал только недавно, что очень удивило его полным совпадением с моими словами-предсказаниями.

«Не про операцию „Зеленый, как его там“, а именно про количество дивизий для формирования. Такие сведения все больше расходятся по властным кругам немецкого государства, значит, неминуемо дойдут до чутких ушей советской резидентуры».