А так каждый день налета ждут и со смертью готовятся встретиться, но хозяйство свое упорно не бросают.
Оказавшись к обеду на краю владений, я махнул рукой и объявил воинам, что сегодня махнем в замок Триптих.
— К вечеру доберемся, там и заночуем. Пора навесить мне еще одно мое владение.
К вечеру не добрались все-таки. Остановились переночевать в чудом уцелевшей таверне, укрывшейся на перекрестке дорог в лесу. Вот ведь наступило время, когда такое размещение позволяет остаться бизнесу целым и невредимым, только клиентов больше не видно на горизонте.
Все или валяются где-то мертвыми, или прячутся по кустам и лесам.
Посидели с воинами хорошо за обильным ужином и рано спать легли.
Утром добрались до замка, где моему новому отряду сначала долго не хотели открывать ворота, пока меня лично не признал прибежавший сюда же Крим.
— Ваша милость! Приходится крестьян в наряде держать, оставшиеся воины с трудом справляются со службой! Нас ведь всего десяток остался. Ничего, учатся понемногу! Поэтому и побоялись без меня ворота открывать! — объясняет и оправдывается он.
— Ладно, правильно новичков учишь. Не хватало еще, чтобы они ворота перед всеми распахивали, — хвалю его я.
— Ничего, Крим, теперь вам полегче будет. Я тебе еще целый десяток оставлю из второго моего замка.
— Спасибо, ваша милость! — он оглядел насупившихся при такой новости воинов.
— Так у вас теперь еще один замок есть? Ваша милость?
— Да, есть. Случайно так получилось, хозяева замка сами напросились на захват. Едем мы с Олисом и парнями, значит, цветочки нюхаем, небом голубым любуемся. А тут из замка на нас вылетают воины, сначала десяток, потом еще два. И так прямо в гости зазывают, что я не удержался и заехал. Меня, значит, к столу барон де Куинжи позвал, а воинов моих тут же разоружили и по ребрам надавали. Нехорошо ведь так себя вести? Когда в гости всех зовешь, а потом над воинами насилие проявляешь! Бить их начали зачем-то, хотя я и так всю правду разрешил им рассказать.
— Как есть нехорошо, — сразу же подтверждает Крим с собравшимися вокруг меня остальными воинами.
— Очень плохо. И про то, что я ургов сотнями убиваю — тоже разрешил рассказать. Так эти дураки ответы выслушали, а все равно почему-то ничего не поняли.
— Так дураки ведь! — радостно подтвердил Крим, и воины радостно закивали головами.
Не приезжие, конечно, а свои местные воины.
— Вот и я так подумал. Да еще на меня что-то нехорошее барон с сыновьями задумал, какую-то отраву в еду подложил и в вино подлил, а сынки его принялись меня убивать смертным боем. Пришлось призвать их к порядку, как я правильно умею. Барон местный сразу такую учебу не пережил, сыновья тоже при смерти оказались. Воинов десяток побил или ранил, теперь еще самому лечить приходится. Зато хозяйка замка, баронесса де Куинжи, сдала его мне добровольно, теперь весь замок и воины при нем в моем праве и под моей рукой.