— Вам — туда!
Вот так довольно настойчиво сказал водитель:
— И мешок свой не забывайте!
И такое тоже очень настойчиво, и даже немного враждебно прозвучало.
Явно, что не товарищ я уже для простого, но правильного советского водителя!
Мешок я и так не собираюсь забывать, слишком он важен для меня, без него придется обратно возвращаться в Храм.
«Однако тон слов какой-то приказной у парня-водителя, не нравится мне такое отношение вообще», — понимаю я.
Как будто я взятку ему предлагаю за измену Советской Родине, но я ведь ничего такого не делаю и делать не собираюсь.
Я молча открыл неудобный рычажок на двери и вывалился под лучи солнца на краю дороги, держась за мешок рукой. Потом вытащил мешок, поблагодарил водителя и попрощался с ним.
А он весь такой на бдительности, смотрит сурово на меня и ждет чего-то. Понятно, впрочем, чего именно ждет.
Куда я пойду сейчас и не придется ли меня хватать за рукав, чтобы обязательно довести до милиционера, стоящего в тени от козырька рядом с высокими дверями в здании.
Рядом с красной табличкой на стене около дверей, на которой наверняка написано, что это горком ВКП (б) города Сталинири.
Да, теперь пора подумать, что делать дальше…
Шагнуть в высокие двери и попасть в прохладный вестибюль, где меня встретит кто-то из работников горкома, какой-то дежурный сотрудник. Обратиться к нему со странной просьбой, ссылаясь на полную секретность?
Время к пяти вечера, кто там остался в горкоме — мне, конечно, совсем неизвестно.
Наверно, все еще отдыхают перед ночной сменой, чтобы встретить ее во всеоружии. Вождь работает по ночам и не оказаться на месте во время звонка сверху — почти приговор партийному чиновнику.
Вполне возможно так поступить, главное — мне с первым секретарем горкома как-то встретиться и поговорить по душам без лишних свидетелей.
Или уйти с площади, добраться до железнодорожной станции и уехать прямо в Гори, на родину сами знаете кого.
Чтобы оттуда махнуть уже прямиком в Тбилиси? Там совсем недалеко будет.
Не вариант, железнодорожное сообщение между городами будет запущено в сороковом году, да еще не прямо из Цхинвали вроде бы. Так мне рассказал вездесущий интернет.
Искать попутчиков снова? Тоже возможный вариант, только буду косить не под дизелиста теперь, а под работника бухгалтерии. С такими уже холеными руками нечего рабочим классом прикидываться в стране победившего труда перед советскими людьми.
Для чего придется сначала обезвредить внимательно следящего за мной водителя. Он явно не хочет, чтобы меня где-то поймали на диверсии или шпионаже в пользу, например, Турции, а после этого неизбежно пришли за ним.