«Много, наверно, такого народа здесь проходит, дожидаясь своей незавидной участи!» — понимаю я строгость своих конвоиров.

Похоже, Лаврентию явно не до меня. Не в первых рядах я иду почему-то, как надеялся раньше. Едва уговорил дойти до библиотеки свою охрану, чтобы набрать разных книг на одного из них.

А что еще делать, только читать, больше нечего. Еще радио слушать про подвиги советского народа.

«Город посмотреть нельзя, сходить в кино или театр тоже нельзя, одни запреты и прочее дерьмо», — начинаю я уже заметно злиться.

Ведь совсем не такого отношения и жизни ожидал на самом деле.

«Думал — настоящим спасителем СССР выступить, а пока, как все, просто рядовая скотинка получаюсь!»

Есть ходим в какую-то ведомственную столовку, еда совсем так себе.

Я-то думал по весеннему городу погулять, посмотреть Москву вблизи, походить по магазинам, раз еще какие-то деньги остались, может с кем задружиться из советских девчат.

Однако все подобное пока безнадежные мечты, теперь при встрече буду первым делом просить большей свободы и денежных знаков побольше тоже.

«Пусть компенсируют как следует время пустого по смыслу заточения», — немного злюсь я.

Я уже начал жалеть, что поперся в такое время, однако, я же не для верхушки партии и прочих вождей стараюсь.

Для всей страны и населяющих ее людей, чтобы тем не пришлось пережить по-прежнему грядущие страшные годы. Или пережить гораздо легче с моим послезнанием.

Поэтому, когда на четвертый день про меня вспомнили и сказали собираться, я запихнул свое раздражение в какое-то другое приготовленное место и приготовился к поездке.

До этого времени с меня сняли мерки, кстати, привезли очень профессионального замерщика. Поэтому я не удивился, получив новый костюм, новое советское белье и даже носки. Ботинки мне тоже выдали, страшно дубовые и на размер больше.

Одеваться тоже пришлось под бдительными взглядами сотрудников.

В общем, я иду во всем новом, ничего своего на мне нет.

Наверное, чтобы совсем не рисковать жизнью Великого Вождя при встрече со мной, явно такой темной лошадкой.

Ну, такое можно понять, мало ли как можно спрятать какой-нибудь яд в моей одежде, чтобы в нужный момент раздавить непрощупываемую пальцами капсулу и отравить самого Вождя всех советских народов.

Осуществить коварный замысел буржуазных контрразведок капиталистов всего мира.

Вскоре я сижу в машине, мы заезжаем в одни из ворот Кремля, где меня принимают уже новые люди. Снова тщательный обыск, я опять остался в одних летних кальсонах, потом разрешили одеться, очередное ожидание в коридоре.