Если мы останемся вместе, я больше никогда не буду на это раздражаться!
— Вот, — я передала Ильясу Ромкину одежду на сегодня как раз в момент, когда мама вошла в комнату.
Она окинула Ильяса враждебным взглядом и заметила мой маневр.
— Это зачем? — она указала взглядом на мою передачку.
— Я хочу, чтобы Ромка поехал с нами, — спокойно ответил Ильяс. — Это дело касается нашей семьи. Будет разумно, если вся семья придет к одному решению.
— Семья, — усмехнулась мама, но тактично не стала продолжать.
Она никогда особо не вступала в конфликты, и сейчас это меня очень выручило.
— Спасибо, мам, — я приняла чашку из маминых рук, а Ильяс воспользовался моментом и отправился одевать сына.
— Ты не думаешь, что он вас попросту увезет куда-нибудь? — спросила мама. — У него же в глазах все написано. Он как будто победу празднует, а не на развод едет.
— Ильяс не будет меня обманывать, — твердо ответила я, отпивая чай. — Мамочка, пожалуйста, просто поверь мне. Я все правильно делаю.
— Ты все делаешь правильно, — согласилась мама. — Но не стоит идти у него на поводу. Ромку оставь дома. У Ильяса не хватит совести разлучить сына с матерью. А так Ромочка останется залогом того, что…
— Мам, — я прервала я. — Прости, я сегодня совсем выбита из колеи и не совсем адекватно воспринимаю слова. Ромочка никогда не будет каким-то там залогом. Мы оба любим его, и мы больше никогда не причиним ему боли. Пожалуйста, давай не будем сейчас говорить об Ильясе. Ни в какой форме. Прошу тебя.
— Мне это не нравится, — призналась мама. — Но… решай сама.
— Я люблю тебя, мамочка, — я поцеловала ее в щеку. — Очень сильно люблю.
На этот раз мама удивилась и даже немного смутилась. У нас в семье было не принято вот так открыто признаваться в любви. Все обычно было на тонком невидимом уровне. Это сбило маму с толку, а мне позволило допить чай и завершить свои сборы.
Наконец, держась за руки, мы втроем покинули мой отчий дом. Папа проводил меня с улыбкой и со скрытым понимаем. Он обо всем догадался по глазам Ильяса. Мама провожала нас настороженно, но меня это уже не могло остановить.
И едва мы сели в машину, как началась наша поездка.
Глава 37
— А куда мы едем? — радостно спросил Ромка, выглядывая в окно.
— Отдыхать, — сообщил ему Ильяс.
Было видно, что как только он сел в машину, то сразу расслабился в общении с сыном. У моих родителей дома он как будто все время держал оборону. Не мог открыться. А здесь он уже не чувствовал гнета незримых обвинений в свой адрес и просто позволил себе быть отцом своего ребенка.
— Все вместе?! — обрадовался мальчик. — И ты тоже поедешь, папа?