Марина все так же глухо всхлипывала в подушку и жалась от обиды.
— Марин, — я сел перед ней на корточки. — Ты дура. Вот прям совсем дура, раз вот так стелешься передо мной. Ни один мужик тебя такую уважать не будет. Только ноги об тебя вытирать. Поэтому утри сопли и имей хоть каплю гордости. Если ты мне поможешь, я буду тебе благодарен. Денег дам или как-то поощрю. Но не сексом, ясно тебе? Подумай. Если нет, то можешь валить хоть сейчас. Больше мне от тебя ничего не нужно.
— Я люблю вас, Ильяс Тимурович, — снова всхлипнула она.
— Ай, надоела, — я встал и махнул на нее рукой. — Я ухожу. Прерываю оплату за номер. Так что одевайся и выметайся.
С этими словами, я покинул номер и решительно направился на парковку такси.
Сегодня у меня уже нет времени что-то решать. Надо поскорее вернуться к моей Дашке.
Глава 30
Странно, но после разговора с Ильясом мне стало значительно спокойнее. Он как будто забрал у меня часть тревог и душевной боли. Нет, я не изменила решение подать на развод, но сейчас у меня появилась надежда, что мы хотя бы останемся в нейтральных отношениях. Что Ромка не будет страдать из-за наших ссор. И что Ильяс будет ему помогать. Для себя я ничего не хотела. Если уж так случилось, значит, пришло мне время стать сильной и независимой женщиной.
— Мамочка? — в дверях показался Ромка. — А мы пойдем к дяде Вадиму? Он сказал: будем выжигать по дереву.
— К дяде Вадиму? — я на мгновенье забыла вообще кто это — настолько погрузилась в свои мысли.
— Да, — Ромка нерешительно вошел и стать неловко переставлять предметы с места на место. Он всегда так делал, когда что-то хотел от меня, но сомневался в том, что я соглашусь. — Я хотел пойти с бабулей. Я думал ты заболела. Но бабуля сказала мне пойти с тобой. И еще сказала, чтобы я тебе это не говорил.
Я улыбнулась и распахнула объятья.
— А зачем же ты мне тогда это сказал? — я обняла Ромку.
— Ну ты же моя мамочка, — ластился он. — Я не хочу тебя обманывать. Ты у меня самая красивая и добрая.
— Ох и маленький льстец у меня растет, — я обняла сына еще крепче. — Наверное девочкам потом будешь нравиться… очень сильно.
— А я не хочу им нравится, — Ромка обнял меня за шею и протяжно поцеловал в щеку. — У меня есть ты.
— А у меня ты, — выдохнула я.
Он, конечно, еще не понимает зачем нужны другие девочки. Но ничего, если в каких-то моментах я еще была мудрее Ромки, то в чем-то другом я признавала что отставала от него. Например, в искусстве быть радостной и счастливой. Что бы ни случилось. Я думала, что мне будет значительно труднее объяснить ему почему папа то есть, то его нет. Почему нужно на него сердиться и не поддаваться на его ласки.