Я не винил Дашку в том, что она не была страстной. Я принимал ее такой, какая она была. Но сейчас… Когда я увидел неподдельную злость Даши и ее вздымающуюся грудь, я захотел ее по-настоящему трахнуть. Не заняться любовью, как это у нас всегда было, а трахнуть. Смело, горячо.
Сейчас я вдруг понял, что Даша сдерживала себя все это время. Возможно, она не могла мне довериться. Но вдруг, если я заслужу ее доверие, она станет более страстной?
— Иди-иди, — бросил я Вадиму. — Мне нужно кое-что сказать моей жене.
Тот замялся на пороге, но Даша кивнула ему, позволяя уйти.
Тогда я грубо притянул жену в свои объятья, закрыл ей рот рукой и сказал то, что горело у меня в сердце:
— Я хочу тебя. Хочу до одури. Только тебя.
Ее дыхание стало еще более тяжелым. Она возмущенно замычала, ведь впервые услышала такие слова в свой адрес, а меня это чертовски завело.
— Я сделаю все, чтобы вернуть тебя. И очень скоро я трахну тебя так, как еще никогда не трахал. Тебе понравится.
Глаза Даши зажглись огнем, а зрачки еще больше расширились.
— Я никогда тебя не отпущу, — снова пригрозил я, и наконец позволил этой заразе уйти.
Я же пойти за ней не смог. Уж слишком сильно я завелся, и мой агрегат выпирал через джинсы. Мне нужно было еще посидеть. Выдохнуть. И чуть успокоиться.
Но эта зараза будет моей! Я так решил. И я все для этого сделаю!
Глава 14
Мое сердце бешено билось от возмущения.
Ильяс совсем совесть потерял и зажимает меня в родительском доме! Хорошо хоть Вадим ушел и не увидел этого, а то бы подумал, что я с мужем не живу, но лапать себя вполне позволяю.
А еще у меня невольно промелькнула мысль, что Ильяс на мгновенье спутал меня со своей любовницей. Наверное, той дешевкой он только так вытирал все стены и поверхности. Пользовался как подстилкой во всех смыслах.
Мне стало противно от представленной картины и я мотнула головой, чтобы прогнать непрошенные мысли. Уж мужниной любовнице точно в моей голове не место. Я эту грязь даже на порог на порог не пущу!
Дыхание никак не успокаивалось. Странно. Даже когда я застала Ильяса за изменой, во мне и то не было столько возмущения. Что же изменилось? Или те чувства меня только сейчас нагнали? Но мне кажется меня должна была нагнать скорее депрессия, чем злость. Я скорее боялась что буду реветь днями напролет, а злиться даже не намеревалась. Поэтому сейчас чувствовала себя максимально сбитой с толку.
Тем временем Вадим уже проводил нас до своего участка и завел в просторный двор. Как у заядлого мебельщика, у Вадима во дворе аккуратно были сложены различные заготовки и лишние срезы досок. Однако все было красиво уложено и накрыто от сырости.