«Лёд на реке».

Борового подбросило. Ну как так-то⁈ Чего не везёт так? Осталось всего сто пятьдесят вёрст. Сейчас по Волге до… Ай, чего уж теперь. Тем не менее, Юрий Васильевич быстро оделся и отмахиваясь от дворни наместника в Твери князь Петра Андреевича Холмского, а потом и от него самого отмахнуться хотел, но не получилось. Князь не дал ему сделать глупость и бегом к реке бежать через весь город и подозвал конюха. И тот через пару минут вывел двух приличных жеребцов. Втроем с князем и Андрейкой, которому тоже подвели конька буланого, промчались они к берегу Волги.

Всё точно. Лёд. Серый невзрачный, припорошенный кое-где снегом. Юрий Васильевич спрыгнул с коня, и теперь уже никуда не спеша, подошёл к своим сотникам. Те палками тыкали в лёд. Сломать пытались.

— А если лодья пойдёт вниз по течению, да под парусом. и вёслами подгоняемая, сломает лёд? — тоже ткнув палкой в надломленный у берега и не очень толстый лёд, спросил он у Коробова.

Тот пожал плечами.

— Так давайте попробуем. Хоть до поворота Волги дойдём. Это вёрст пятьдесят, тогда пешком всего сто вёрст останется прошагать.

Вокруг одной из лодей наполовину вытащенной на берег разбили лёд, потоп вытолкали её на стылую воду, в которой льдинки скрежетали и попробовали работать вёслами. Получалось хреново. Где весло ломало лёд, где скользило по нему. Через десяток минут таких упражнений образовалась приличная полынья. Поставили на лодке парус и вёслами стали гнать лодью на середину реки. А там видимо корочка льда потоньше и нос лодьи стал легко ломать её. Настоящий ледокол, а не всего лишь ушкуй в два десятка метров длиной.

— Всё, вои, всем срочно в лодки, отправляемся! — скомандовал Юрий Васильевич.

За время экспериментов с разбиванием льдин весь отряд уже собрался на берегу, многие тоже палками пытались сломать лёд у берега. Потому, от приказа, до того, как лодьи стали одна за другой отчаливать от берега, ставить парус и ломать льдины расширяя полынью прошло не более десятка минут.

Так и двигались вниз по Волге до обеда, ломая лёд. Погода пасмурная снежинки изредка пролетают, а от воды и гребцов пар валит. И всё время приходится первую лодью менять. Следующая вперед выходит, пока гребцы на первой отдыхиваются. Колотить по льдинам тяжёлым веслом то ещё упражнение на выносливость.

На обед к берегу приставать не стали, на дворе явный минус, до десяти мороза может и не дотягивает, но минус семь точно есть. А значит, каждую минуту, каждый час лёд становится всё толще. Перекусывали по очереди хлебом и остатками от вчерашнего пиршества, устроенного князем Холмским. Он, кстати, с двумя десятками ратников одвуконь всю дорогу пробирался вдоль берега Волга, лишь изредка, когда дорога уходила от реки скрываясь из вида. Сам напросился и лошадей с собой взял, поясняя, что как только лодьи не смогут дальше плыть, чай не атомные ледоколы «Ленины», то князь Углицкий с ближниками и послами может пересесть на коней и он его проводит до Москвы и царю с рук на руки передаст.