Только перестал Иван орать на псковичей, как прибыл гонец из Москвы. Он плюхнулся в ноги государю и простуженным голосам, кашляя на него и Анастасию, зарычал, что в Кремле со звонницы упал колокол, что является де крайне плохой приметой. Дума де Боярская в сомнении и страхе пребывает. Иван побелел весь. Хотел приказать пороть гонца за дурную весть. И опять Юрию вдвоём с Анастасией с трудом удалось Грозного успокоить.
— Едем быстрее домой. Не удалось богомолье. В чём-то прогневил я господа, — зарыдал Иван, сдувшись после приступа гнева. Какой там Грозный, пацан просто с неуравновешенной психикой. В тот же день, хоть уже за полдень было, Иван с супругой и придворными тронулись домой.
Событие третье
А Улька? Ульяна. Иулиания. Княжна Палецкая Иулиания Дмитриевна.
Свадьба в том же году в ноябре была, в 1547, через неделю после того как на богомолье сходили, восемь почти уже лет назад, буквально через несколько дней после его совершеннолетия… Пятнадцать Юрию Васильевичу исполнилось. И опять смотр устроили. Единственная разница, что в этот раз ограничились дочерями московских и с ближних городов князей и бояр. Не стали всю страну через полгода вновь баламутить. В Грановитую палату вывели всего двенадцать девушек. Юрий одну из планок Думе и комиссии выборщиков сам поставил. Не ниже метра семидесяти должна быть девушка. Каблуки только-только на Руси стали появляться, большинство сапог пока шьют без каблука, разве князья всякие да дворяне служивые и носят, и то изредка, сапоги с каблуком переняли у иноземцев для удобства пользования стременем. Так все девушки были в сапожках с каблуком. Явно не дотягивали до установленной планки многие и отцы — князья и бояре на хитрость пошли.
Завидный ли жених Юрий Васильевич? Ну и что из того, что Юрий глухой⁈ Говорит немного необычно, как немец хорошо русский выучивший. Слова заморские часто вставляет, так понятно, окружил себя ляхами, немцами, иудеями, татарами, шведами даже, ясно от них слов поганых непонятных и нахватался. Так бог с ним, что глухой, зато он брат царя и наследник покаместь. А ещё парубок-то видный. Ежели в Иване почти метр восемьдесят, то Юрий его на вершок всего ниже (4.4 см). И ему пятнадцать только зим-то, вырастет ещё. Так не в пример старшему богатырь настоящий. Плечи широкие, шея бычья, ручищи мышцами бугрятся. Сызмальства со своими потешными то подтягивается, то железо ворочает, то бегает. Даже скоморохов пригрел, чтобы его обучили прыгать через голову и колесом ходить.
Чем не жених? А деньжищ у него сколько⁈ Сорок, сказывают, кирпичных заводов у него, да пять стекольных. И теперь второй бумажный рядом с Кукуем строит. Охти, про карандашный завод не забыть бы. Там на ём одном деньги́стоко князь заколачиват, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Про шведские его заводы мало кто знает, но везут железо через Псков и Новгород зимой на санях. Везут и везут. А тут берут и берут, знамо дело лучше нашего. Очередь из кузнецов всегда стоит, когда те обозы со свейским железом приходят.