— Ты куда?

— Я хочу побыть один…

— Как и всегда, — Долорес схватила с тумбочки стакан воды и судорожными глотками осушила его. — Надеюсь, тебе хватит ума не предъявлять ничего отцу?

— Кевину?

— Отец у тебя только один, — мать сердито поджала губы. — Тот, что тебя вырастил.

— Даже если я и решусь с ним поговорить, — зубы Дика непроизвольно скрежетнули, — то в этом разговоре слов не будет…

— Дик!

Он захлопнул за собой дверь в палату.

— Дик! Не смей! Слышишь? Дик!..

— Добротное, должно быть, фэнтези у него вышло, — прикинул Чип, устало откинув голову на кресло. Дик и сам утомился, пересказывая и заново переживая пренеприятный разговор с матерью.

— С чего взял, что именно фэнтези?

— Самое прекрасное в мире сотворено нарциссами. Самое интересное — шизоидами. А самое доброе и сказочное теми, кто от быта житейского предпочитает голову прятать в песок. Уж не знаю, как еще бы я на его месте уживался с женушкой, подобной твоей матери, ты уж прости…

— Ты еще будешь его оправдывать? — нахмурился Дик.

— Оправдывать — это первое, чем в совершенстве должен овладеть любой великий писатель, — хохотнул толстяк. — Если твой отец не нашел слов, чтобы усидеть в доме твоей матери и дальше, значит, вряд ли мы его найдем в списках литературных легенд. Но мы поищем…

— Кевин Боттом, — напомнил Дик.

Синие глазки кропотливо обшаривали экран. Жирный палец кружил на сенсорной панели, словно фигурист на льду. Но к разочарованию Дика, это не прекращалось. Чип никогда не заставлял себя так долго ждать, он всегда избирал единственно верный и короткий путь к цели. И если они до сих пор не у цели, значит, ее попросту не существовало.

— Наверное, он, как и большинство в наше время, издался за свой счет, — предположил Дик. — Будет иронично, если через Большой Дом Куэй .

Тогда я мог бы ему от лица компании перезвонить. Доброго времени суток, отец. Не желаете, чтобы я нарисовал обложку к вашей книге?

— Не знаю, но в библиографической базе данных имени такого нет.

— Да и черт с ним, — сказал Дик, — я больше задаюсь вопросом, как быть с Питером…

— Убить его, чего ж еще, — удивился Чип. — Я ведь правильно понял, исходя из твоих слов, что он пришел в ваш дом из ниоткуда? Растрогал Долорес готовностью тебя усыновить? Но по итогу унижал тебя за ее спиной, и тихо ненавидел в ее присутствии? Вынудил тебя покинуть дом, на который у тебя прав больше, чем у него? Обрек на скитания, неблагополучие и неуверенность в себе? Превратил в параноика, что паталогически не доверяет словам даже близкого человека? Оправдал свое непоправимое влияние на твою психику твоей же дурной кровью, и сам же в это по итогу поверил? Настроил против тебя родную мать? Все верно? Как по мне, это запущенная и неизлечимая стадия лицемерия, что устраняется разве что принудительной смертью…